Старик обернулся, посмотрел белесыми бельмами глаз и постарался высвободиться и уйти туда, где нет боли и страданий. Девушка уперлась ногами в землю и стала тянуть так, что старик понемногу стал сдавать назад, пока не отодвинулся от перехода. Алька обхватила его руками, закрыла глаза и потянула вперед к жизни своего друга.
Открыв глаза, она обнаружила тяжело дышащего Веля в постели без чувств. Руки ее потянулись к накопителю, вытащила один кристалл и сжала в руке так, что грани врезались в кожу. Сила хлынула внутрь девушки, пополняя резерв.
— Давай, Вель, выкарабкивайся! — девушка сливала силу в тело мужчины. Восстанавливала каждую клеточку, каждый сосудик, каждый волосок.
Пошел второй накопитель, за ним третий. Она боялась открыть глаза, страшась увидеть бесполезность своих усилий. Сила легко перетекала в тело Хранителя. Последний накопитель лег в ладонь и омылся Алькиной кровью. Ополовинив свой резерв, она поняла, что сделала все, что могла и уронила голову на постель сбоку от Веля.
Теплая, твердая ладонь нежно коснулась щеки девушки, она вскинулась и встретилась глазами с карими глазами молодого человека, лежащего в постели. Волосы цвета жженого сахара непослушными прядями топорщились в разные стороны. Курносый нос, верхняя губа слегка меньше нижней, круглая симпатичная рожица. Стоп! Это Вель???
— Вель, это ты??? — Алька жадно разглядывала помолодевшее лицо Хранителя.
— Я, Аль. — он закусил губу и подслеповато прищурился.
— Ой, погоди, я тебе зрение поправлю. — Алька дернулась приложить пальцы к глазам, но мужчина перехватил ее руки.
— Не надо, Аль. Очки лучше дай. Я никогда не хотел от них избавиться. — И он смущенно улыбнулся.
Алька дала ему очки, которые тут же были взгромождены на переносицу.
Девушка молча смотрела на него, потом склонилась к уху Вельмера и прошептала:
— Ну, здравствуй, первое мое пророчество!
Вель замер, потом застонал.
— Аля, ну зачееем??? Тебя же сейчас вынесет в твой мир!!!
— Неа. Я тут якорем обзавелась! — широко улыбалась она.
— Ты вышла замуж, пока я тут валялся? — в глазах Вельмера сверкало напряжение.
— Нет. — загадочная улыбка не сходила с губ девушки. — Я тут родственниками кровными обзавелась. Вампиром, оборотнем и гоблинкой.
— Ритуал?
— Ритуал.
Вель облегченно выдохнул и откинулся на подушки.
— Значит, это я был твоим пророчеством? — он держал ее за руку, словно боялся, что девушка исчезнет в любой момент.
— Да, был. Правда, что это был ты, я поняла только сегодня, когда ты очки одел.
Алька поцеловала друга в щеку.
— Полежи тихонечко. Я до кухни дойду. Поищу еды. И напою тебя отваром укрепляющим. Хорошо?
— Хорошо, Аль. Только не исчезай, прошу тебя.
— Ну куда же я от тебя исчезну. — попыталась высвободить ладошку она. Вель, не отводя от девушки глаз, поднес ее ладошку к своим губам и запечатлел долгий поцелуй на ее пальчиках.
Девушка почувствовала себя неловко, все-таки высвободила пальцы и убежала на кухню.
Судя по оставленным следам в виде разбросанных вещей, экономка убегала весьма поспешно, прихватив немало вещей, видимо в компенсацию за долгие годы труда.
— Видимо не хотелось ей, чтоб тут хозяйка поменялась. Вот жаба же. И Велика голодать и умирать бросила. — возмущенно ворчала девушка, добывая из стазиса какую-то птицу, луковицу и овощ внешне похожий на морковь.
Через пару часов прозрачный желтый бульон почти не булькал в кастрюльке. Засохший хлеб девушка превратила в сухарики, поджарив их на сковороде.
Алька налила в большую кружку бульон, насыпала маленькие сухарики в плошку, оторвала ножку от птички и выложила ее на тарелку, взгромоздила все на поднос и понесла в спальню к Велю.
Девушка кормила его мясом, давала сухарик и подносила к губам бульон в кружке. Вель забавно морщил нос, дул в кружку и шумно припивал.
Девушка рассказала ему о своих приключениях, о том, как познакомилась со Станом (на этом рассказе Вель недовольно морщился). Когда девушка дошла до того, что ей надо вместе со всеми отправляться на фронт, Вель беспокойно зашевелился в постели.
— Аля, я думаю, тебе надо выйти за меня замуж.
— Это еще зачем??
— Замужних мажи не берут на войну. Слишком высокий риск потерять драгоценное потомство.
— Велик, послушай меня. Ты самый замечательный, самый добрый и надежный. И я очень сильно люблю тебя. Но как друга. И я все равно должна быть на поле боя. Меня туда пророчество ведет.
Вель молчал. Глубокая складка рассекла его лоб.