Один из рабочих с напарником в этот самый момент как раз тащили нечто железно-монолитное весом в центнер или более, если судить по их страдающим от натуги лицам. Они шаг за шагом продвигались вперед, к заветному дверному проему, вцепившись в гладкую отполированную поверхность толстого блестящего листа.
Как вдруг… они остановились…
— Ну чо там, блядь? — гневно спросил напарник, который не видел препятствия за широченной спиной своего коллеги по адскому неблагодарному труду.
— Еп… — только и мог вымолвить работяга, обливаясь потом и метафорической пролетарской кровью.
Кос подошел поближе. Его легкие уже вкусили благодатный нагретый воздух, наполненный легчайшими частичками истинного экстаза, ноздри наслаждались сладким чарующим ароматом дыма, а все тело юноши будто наполняла живительная энергия, заставляя даже идти вприпрыжку. Кос улыбался, Кос радовался жизни, и теперь весь мир казался ему не мрачным и серым, а полным удивительных событий.
На пути у рабочих стояла маленькая девочка в обнимку с куклой. Она встала как вкопанная, раскрыв свои большие детские невинные глаза, и вовсю глазела на спину работяги, стоящего перед ней. Работяги, который весь дрожал от натуги, который не мог вымолвить и слова.
Кос обогнул работяг и подошел к ребенку, обняв ее за нежные детские плечи.
— Пойдем-ка, малышка, хе-хе-хех… — сказал он, обдувая девочку манящим ореолом наркотических фантазий.
Девочка вся расплылась, прильнула к нему и отошла под ручку с Косом в сторону. Работяга, с благодарностью посмотрев на своего спасителя, перевел дух, потоптался на месте, как нерешительный, но мощный медведь, а затем резво направился к разгрузочному пункту.
— Не стой на пути у взрослых! — принялся учить девочку Кос, вовсю лыбясь. — У них рабский труд, уважать надо!
— Уважать? — с интересом переспросила девочка, наклонив свою чудесную белокурую головку. — А это что?
— Это… — Кос невольно задумался, не зная, как ответить на столь невинный вопрос. — Это… в общем, забей. Не стой на пути у взрослых, а то они так тебе конфет не принесут, поняла?
— Ага! — девочка радостно захлопала в ладоши и куда-то ускакала по своим важным делам.
Кос хотел было уже также ускакать, благо в выходные он обыкновенно был занят утилизацией дешевых отвратительных напитков вместе со своими друзьями (они как раз в этот момент по всему городу искали эти самые дешевые напитки, что было не так просто — продукты в Колосике стоили немерено, потому что цены занижали только на экспортные товары для продажи в другие города, а для собственного рынка накручивали до небес), но тут к нему подошел тот самый работяга, бесцеремонно схватив юношу за руку.
— Спасибо! — грузный пролетарий весь расплылся в улыбке. — Спасибо!
Он тряс руку Коса с таким неистовством, что, казалось, вот-вот оторвет.
— А чо сам не прогнал? — быстро переменил тему Кос, вырывая свою руку из лапы силача.
— Ну так… — грузчик жалобно взглянул на парня. — Ребенок же. А вдруг поругали б?
— Кто? — усмехнулся Кос, не понимая.
— Да мать хотя б… знаешь, сколько таких случа… — и тут он снова резко расплылся в улыбке, будто именно он принимал наркотики, а не Кос. — Спасибо! Спасибо! Спасибо!! Я могу что-то для тебя сделать в качестве благодарности?
Он смотрел на Коса с выраженьем щенячьей преданности. Глаза у работяги были маслянистые, покрытые красными нездоровыми прожилками. Видно, что он был не в своем уме, но от него не чувствовалось ни алкоголизма, ни наркозависимости… он был чист. Абсолютно чист. И абсолютно безумен.
Но Кос был не из тех, кто разбрасывался знакомыми.
— Можешь. Но не сейчас. Где тебя найти в случае чего?
Здоровяк назвал свой адрес, а Кос прилежно записал в свою Книжку Друзей. Косяк он предлагать не стал, это показалось лишним, но имя напоследок спросил.
— Дилан! Зови меня Дилан! — работяга на прощание еще раз пожал руку Косу и ушел собирать шкафы, столы и прочие предметы интерьера, что городские богатеи заказывали в свои роскошно обставленные хоромы.
Классовая дистанция… классовый разрыв… что он делает с простыми людьми? Кос покачал головой и закурил очередной косяк.