- Я? - переспросила девушка, раздраженно отставляя ополовиненную чашку. - Зачем мне это, позволь узнать?
- Так постановил Совет, - ответил мужчина. - Тебе отведена роль миротворца. Ты выступаешь от лица Белой Тони.
- Кто, я?! От лица вашей Белой Тони? Ты издеваешься? - фыркнула Тамара. - Я только что приехала и кроме вас двоих ни с кем даже не знакома! Что это за Совет такой, который заочно может принять за меня решение?..
- Высший Совет Управляющих Энергией. В их число, кстати, входит и Яков, - устало отозвался Святослав, глядя, как каждое слово стирает с ее лица краски, обнажая напряженную бледность. - Сегодня вечером, после разбирательств с Кланом, было созвано заседание и вынесено решение. Завтра тебя ждет официальное подтверждение, а пока постарайся принять эту новость на словах.
Девушка медленно перевела взгляд на Даниила, но тот лишь покачал головой, подтверждая сказанное.
- Не-ет, - протянула Тамара. - Нет-нет-нет. Ни за что на свете! Я ведь могу отказаться?
В следующее мгновение мир вокруг нее утонул во внезапно обрушившимся тяжелым удушающем потоке тьмы, обнажая пустынную пропасть междумирья. Ледяную. Безмолвную. Бесконечную. Время здесь тянулось длинной, вьющейся лентой, каждый вдох отзывался алыми сполохами, звуки тонули в бесплотном, окутавшем все вокруг пространстве, с холодным шорохом осыпаясь к ее ногам.
Когда спустя несколько мучительно долгих секунд ее, судорожно дышащую и дрожащую от холода, вышвырнуло в реальность - сомнений по поводу ответа не оставалось.
Мужчины смотрели на нее удивленно и встревожено. Особенно Даниил, по воле дара отчетливо ощущавший все ее чувства и эмоции.
- Кажется, мне придется согласиться, - хрипло пробормотала Тамара, тщетно пытаясь взять дрожащими руками свою чашку.
- И давно тебя так ведут? - осторожно спросил оборотень.
- Дней десять, - бесцветно ответила Тамара, чувствуя, как потихоньку начинают отогреваться ставшие ледяными пальцы. - Я еще не привыкла, потом станет легче. Мой Наставник просто... очень на меня разозлился.
- А до этого?
Девушка безразлично пожала плечами и, скользнув взглядом по бутылке с настойкой, коротко кивнула Святославу. Тот молча поставил перед ней хрупкую стеклянную стопку.
- А до этого у меня была полная свобода выбора. Любая дорога, любое желание, "стоит только захотеть". - Она невесело усмехнулась, поймав на себе изумленные взгляды, и голос ее стал холодным и пустым: - Я не исполнила ни одного. Заблудилась в своих путях, не пришла к обозначенному событию, и в последний год думала только о том, как бы поскорее уйти из жизни. - Тамара глотнула кофе и, поставив чашку на стол, сумрачно и безнадежно сказала: - Он меня не выпустит отсюда... Теперь точно не выпустит. Я знаю...
- И правильно сделает, - помолчав, ответил ей Даниил.
Но Тамара только отрицательно покачала головой, не проронив ни слова в ответ.
***
Алтай долго еще прислушивался к тихим разговорам, доносящимся из кухни. Люди говорили вполголоса, девушка вообще по большей степени молчала. И даже кот ни разу не мяукнул.
Когда уже начало светать, негромко хлопнула входная дверь и оборотень неуловимо быстро прошел мимо него, не давая времени даже как следует проснуться и зарычать. Щелкнула засовом калитка, тренькнуло активированное охранное заклятие, тихонечко завелся автомобильный мотор, и хищный гость уехал, оставив Алтая хмуро ворчать в своей будке.
А спустя полчаса на крылечко бесшумно вышла Тамара и, осторожно ступая, подошла прямо к его конуре и присела рядом. Разломив заранее развернутую конфету пополам, она протянула одну часть опешившему псу, а вторую взяла себе. Алтай медленно съел лакомство и ошеломленно облизнул в знак благодарности ее руку, а Тамара ласково погладила его по белой косматой голове.
Святослав, которого открывшаяся дверь выдернула с кровати тренькнувшей охранной струной, сонно и хмуро понаблюдал за этим в окно, но нарушать идиллию не стал. Спустя пару минут раздумья, он устало кивнул в ответ своим мыслям и перегруппировал охранное заклинание, предоставив Тамаре незримое право перемещаться по всей территории дома и двора без его ведома.
Глава 17
За окнами шел дождь. Тихий и прохладный, он мерно шелестел по зеленым листьям и травам, приглушенно выстукивал навевающую грусть мелодию по крыше и подоконникам, укутывал мир прозрачно-серой, дрожащей дымкой.
Тамара сидела на укрывшихся под небольшим навесом ступеньках деревянного крылечка и отстраненно смотрела вдаль. В руках ее баюкалась почти полная чашка кофе. Алтай, свернувшись уютным калачиком, вполглаза наблюдал за девушкой из будки, не желая покидать свое жилище в непогоду.
День медленно и неохотно клонился к завершению, растворяясь в вечерних сумерках. Дневные впечатления оставили после себя муторную усталость и опустошение, сделав отдых в пасмурном одиночестве столь желанным и умиротворяющим.
Теперь все было по-другому, весь мир перевернулся с ног на голову, и самое смешное, что Тамара не просто вошла в этот, новый, неизвестный ей до селе мир, а встроилась в него, как некогда потерянный кусочек мозаики. Это произошло так быстро и стремительно, что девушка ничего не успела толком осознать, только принять сам факт своего здесь пребывания.
Неделю назад, когда она со Святославом впервые шла к Якову, девушка вдруг с пугающей остротой поняла, что прекрасно знает, кого именно сейчас увидит перед собой. Это узнавание возникло из ниоткуда и не имело ничего общего с "маячками". Оно словно покоилось где-то в глубине памяти, а потом вдруг открылось вместе со всеми мельчайшими подробностями, оставляя разум недоумевать над происходящим.
Тамара знала, что их встретит невысокий почти полностью седой старик, гладко выбритый, худой и бойкий, с ироничными светло-карими глазами и веселым нравом. Знала, что Яков - самый обычный человек, не обладающей способностью управлять энергией, любящий ухаживать своим садом и кормить с ладони маленького ручного воробушка... И что он состоит в Совете Высших, является земным Наставником более чем десяти человек, а также главой администрации Белой Тони...
**
...Несмотря на открытые окна, в добротном кирпичном домике сельсовета было очень душно. В просторной комнате, служащей Якову кабинетом, работал напольный вентилятор, тщетно разгоняя вдоль стены горячий воздух. В углу на небольшом столике натужно гудел старый громоздкий компьютер. Худенькая, с алыми от жары пятнами на щеках, девушка что-то выстукивала на клавиатуре, периодически сверяясь с лежащими перед ней бумажками. Взглянув на посетителей, она вяло кивнула в знак приветствия и вновь уткнулась в монитор.
Самого Якова на месте не было. Однако заваленный документами стол и стоящий под окнами старенький жигуленок свидетельствовали о его близком присутствии.
- Алла, ну я же тебя просил! - вместо приветствия укоризненно сказал Святослав, одно за другим закрывая окна в комнате, а после бесцеремонно выдергивая из розетки вентилятор и ставя его в угол.
- Яков Андреевич запретил вас беспокоить, - тихонько отозвалась девушка, проводя вентилятор безнадежным взглядом. - Да мы как-то уже и привыкли...
Святослав раздраженно фыркнул и сложил ладони лодочкой. Под удивленным взглядом Тамары, в них вдруг из ниоткуда начала медленно набираться белая мерцающая жидкость. Кончики пальцев мужчины вмиг побледнели, а жидкость, наполнив "лодочку" до краев, принялась источать холодный пар. Святослав подошел к дальнему углу комнаты и, подняв руки вверх, осторожно развел ладони. Находящаяся в них жидкость, вместо того, чтобы вылиться вниз, свилась в белоснежный пульсирующий шар и зависла под самым потолком. Легкий щелчок пальцами, и сфера распустилась колким ледяным цветком, заполнив собой весь угол и переливаясь иголочками-снежинками. В комнате ощутимо запахло озоном, и температура потихоньку пошла на спад, с каждым сполохом цветка становясь все ниже. Тамара восхищенно замерла, разглядывая ледяное чудо.