Дом оказался крошечным, перекошенным, до ужаса напоминающим древнее как мир, логово лешего. Вокруг недоразумения был заросший бурьяном, давно запущенный сад. Впрочем, спущенному с поводка Алтаю хватило и этого.
Дверь в "землянку" скрипнула так, что пробрало даже Святослава, в силу дара не верящего ни во что, кроме магии и высших сил. Внутри было темно и сыро, в единственной крошечной комнате стояла газовая печь, что-то скреблось и шебуршало. Включенная лампочка, одиноко повесившаяся на куске проволоки посреди грязного потолка, нервно мигала и пощелкивала, добавляя в общую картину уныния и теней.
- Я здесь не останусь ни за что! Давайте отсюда уедем! - заныла Мила, едва переступив порог.
- Вот уж нет, - зевнул Данила. - Есть и спать! А завтра - все остальное.
- Где здесь спать, здесь только одна кровать! - вскинулась девочка. - Я не хочу здесь оставаться! А умываться где? А переодеваться?! Лучше б я сама дом искала!
- Вот завтра и начнешь, - хмуро бросила ей Тамара. - Кровать - твоя. Мы ляжем на полу.
- А чего это ты раскомандовалась! - тут же огрызнулась Мила. - Может, я на полу спать хочу!
- О, замечательно, - Тамара открыла заслонку печи, с сомнением глянула внутрь - стоит протопить дом от сырости или станет слишком жарко? - тогда кровать - моя!
В целом все оказалось не так страшно. Дом все-таки немного протопили, а пока остывала печка и выветривалась через открытые окна жара - успели еще и поесть жаренного на костре мяса. Ради этого Даниил на пару с прицепившейся как клещ Милой съездил в ближайший супермаркет. Благо город все-таки не деревня и вся инфраструктура находилась в шаговой доступности. Оборотень, кстати параллельно разжился самой простой, но по размеру серой футболкой, перестав, наконец, напоминать оборванца. Святослав с Тамарой за это время успели покормить животных, прибраться в доме, смазать петли у входной двери, поцапаться из-за Инея (оба прозевали, как Алтай забежал в дом и выгнал питомца на улицу), помириться, попить кофе из одной кружки и, под полный ужаса взгляд кота, поймать в грязную трехлитровую банку маленькую серую мышь. Вопрос о произошедшем Белой Тони маг не поднимал, но Тамара все-таки, улучив момент, потерлась щекой о его плечо - и почувствовала как спало нависшее над ними напряжение.
Естественно постельное белье взять никто не догадался, поэтому спать пришлось в одежде, расстелив на полу широкое хозяйское одеяло и накрывшись пледами, благо у оборотня в багажнике их лежало целых два, а еще одно покрывало, которое утащила себе на кровать Тамара, нашлось в старом, дышащем на ладан шкафу.
Даниил, Святослав и Мила (маг наотрез запретил укладываться дочери между ними) лежали на полу, Тамара - на узкой низенькой кровати, стоящей поперек как раз над их головами. Большую часть места в изголовье кровати занимал Иней, в маленьком коридорчике у сеней фыркал и возился Алтай.
Тамара долго не могла уснуть, как только она закрывала глаза - перед ней вставала картина вчерашнего дня - изуродованные оборотни, граница, пожар... Святослав не спал тоже - несмотря на закрытые глаза и внешнюю расслабленность, девушка чувствовала, как крутится, вертится в его сознании беспокойство. Наконец, он поднялся, аккуратно накрыл своей частью пледа Милу, погладил ее по голове и бесшумно вышел в коридор. Тамара промаялась минут десять, вздохнула, осторожно сползла со своей кровати и вышла следом за ним.
Святослав сидел на самой нижней ступеньке покосившегося крылечка. У его ног преданно притулился Алтай, окутавшую сад тьму прорезали жесткие ломаные тени от горящих за забором фонарей. Кончик зажженной сигареты казался пылающим насекомым, по неосторожности попавшим в огонь и доживающим последние секунды.
Святослав курил очень редко, только если сильно уставал или был выбит из колеи. Тамара не курила вовсе. Ну, почти - сейчас она тихонечко присела на узкую ступеньку рядом с магом, не спрашивая, взяла у него из руки сигарету, глубоко затянулась и отдала обратно. Тот неодобрительно покосился на нее, но промолчал.
Они посидели немножко в тишине, разбавляемой только шумным дыханием и недовольным фырканьем от дыма Алтая и шелестом пожухлых, выпитых летом и иссушенных ветром листьев. В старую консервную банку, прикрученную к крыльцу ржавым гвоздем, упал еще один окурок.
Тамара поежилась - сентябрь как-то незаметно вплел в свои ночи тоску и прохладу. Святослав привычно положил руку ей на плечи, девушка придвинулась ближе, но прижиматься не стала, как и сбрасывать его ладонь.
- Я тоже думаю про Милу, - вполголоса сказала она. - Что в доме искали именно ее.
- Вот только меня интересует вопрос зачем? - повернулся к ней Святослав. - Чтобы как-то на меня надавить? Но ведь это глупость... К тому же почему ее искали у меня? Мила же почти все время живет у матери...
- Ну то, что она к тебе перебралась - не заметить невозможно, - пожала плечами Тамара. - У нее же полсела в друзьях. Один только Артем чего стоит! Да и в школу она в сельскую идет. И я уж молчу про то, что нас постоянно слышат соседи... - протянула девушка, вспомнив вчерашний скандал.
- Ничего они не слышат, - рассеянно поморщился Святослав. - Я в контур полог тишины теперь встраиваю... - Встрепенулся: - А про какого Артема ты говоришь?
Тамара фыркнула и ткнулась лбом ему в бок - бедный папаша!
- Ну, парень такой длинный, задиристый, чуть постарше Милы... - попыталась объяснить она.
- Что-о? - дернулся мужчина. - Это который племянник Якова?! Так ему ж лет двадцать пять, не меньше! Никак они его в город не сплавят!
- Ты вообще что ли, Святослав? - тихо рассмеялась Тамара. - Артем - это мальчишка с соседней дороги, худенький такой, рыжий, вертлявый, тоже в школе учится.
- А-а, - чуть успокоился маг. - Это наверное Алкин двоюродный брат... А ты-то откуда все это знаешь?
- А вот пока ты в рейсах разъезжаешь, - иронично сказала девушка, - я с подрастающим поколением контакт устанавливаю. - Тамара потерла лоб: - Вернее, не устанавливаю. В прошлый раз они, например, меня сеном вперемешку с крапивой с ног до головы обсыпали, вроде как случайно кидались им возле дороги. И как только у самих руки волдырями не пошли!
Святослав помрачнел, Тамара отчетливо почувствовала, как он расстроился:
- Тома, прости. Я с ней поговорю.
Девушка тоже нахмурилась и посмотрела на него в ответ:
- Я зря рассказала, Святослав. Не надо с ней насчет этого разговаривать, я сама разберусь. Обещаешь?
Святослав замолчал и уставился в темноту, Тамара настойчиво дернула его за футболку:
- Если ты вмешаешься - она тебя не простит. Обещай!
Маг тяжело вздохнул:
- Обещаю. Просто не пойму, чего она хочет добиться. Ее в Белую Тонь раньше загнать невозможно было, а теперь сама приехала, и все ей не так! Я, конечно, понимаю, что она ревнует, но так тоже нельзя...
- Ей просто плохо, Святослав - она ведь маленькая. Уделяй ей больше внимания. Скоро все закончится, я уеду, и ваши отношения наладятся.
Мужчина вздохнул еще раз и все-таки притянул Тамару к себе сильнее, настроение его окончательно закрасилось черным.
"Тоже не знает, чего хочет, - подумала Тамара. - А еще дочку ругает..." Но вслух сказала:
- А насчет тех оборотней... Знаешь, мне кажется, что если бы им была нужна Мила - они бы легко напали на нее в любом другом месте. Это проще, чем лезть в дом. Да и ты прав - это глупо тебя так пугать, только если разозлить.
- Да нет... - сказал Святослав. - Время правильное выбрали. На Милу столько заклинаний понаверчено - ее трогать себе дороже. Это на тебя я почти ничего повесить не могу - Природа не позволяет. - Тамара приподняла бровь, но промолчала. - А она защищена, и Аська тоже, и Данька... ему только не говори, - покосился он на девушку. - Жизни это не мешает, нос расквасить тоже, а вот если совсем серьезная опасность для жизни будет - умереть не даст, ну насколько меня самого хватит. Так что, подозреваю, что они специально меня выматывали, чтобы я и контур снял и защиту с дочки.