— Выглядит она хреново, где ты её откапал?
— На Зуждале, заказ доставлен, предпочитаю получить свой гонорар.
Таристана рассмеялась:
— Какой ты занудный и напряжённый, тебя видимо Аррих откопал там же где и её.
Это она зря. Ищейка тут же сделал шаг вперёд и толстая шея тётки в один момент оказалась в капкане его ладони. Воины перестроились и направили оружие в нашу сторону, но к несчастью, для Таристаны — её габариты полностью перекрывали линию огня.
— Следи за словами, я тебе не мальчик.
Женщина закашлялась, на глазах выступили слёзы. С моим дядькой и большинством мужчин Дастара подобное бы прокатило. Они переключались на округлые женские формы, осознавали, что могут навредить плодовитой матери и их сердца тут же таяли. Ищейка явно был не местным.
— Где мой гонорар? — медленно и зло повторил он.
Говорить Таристана уже не могла, только глазами проскользила в сторону припаркованной рядом лётной капсулы. Он ещё несколько секунд подержал её, вероятно прикидывая сколько усилий потребуется чтобы сломать такую шею, а затем отпустил.
Быстро спрыгнув с трапа, ищейка в два прыжка оказался возле нужного транспортного средства, с одного удара выбил дверь и забрал холщовый мешок, в каких обыкновенно перевозят травы или овощи. Когда раскарёженная дверь полетела в сторону, у одного из дастарских воинов видимо сдали нервы. Раздался выстрел, заряд пришёлся точно ищейке в грудь. Ткань куртки зачадила, но вместо того, чтобы биться в предсмертной агонии, мужчина выругался и, стремительно оказавшись напротив стрелявшего, одним рывком свернул дуло бластера. Дугой! Восхищает! Я даже с усиленной мускулатурой так сделать не могла. Конечно, если кое-что подкрутить в нейроинтерфейсе, пару бластеров я бы свернула, да только взамен получила бы недельный отходняк.
— Надеюсь больше не увидимся, — бросил напоследок ищейка и скрылся позади меня.
— У Арриха было ещё пару поручений, — опомнилась женщина, но снова подобрала не те слова. Её обдало жаром, заводящегося двигателя, а я как будто отчётливо услышала «я не марионетка» сквозь толстую обшивку корабля.
Трап закачало. Койку, вместе со мной быстро подхватили и понесли в сторону. Тело снова предательски начало терять сознание, а ведь я только-только освободила руки.
****
— Синая, дорогая, — послышался над ухом пренеприятный голос дяди Арриха, а в следующий момент мне на голову полилась ледяная вода. Вовремя задержала дыхание, а когда разомкнула глаза, первое что увидела — зелёный двор нашего поместья. В ноздри ударил запах местных фруктов — ахатов, а глаз тут же выхватил десятку ощетинившихся воинов и отошедшего на приличное расстояние дядю Арриха.
Напряжение собравшихся чувствовалось без всякого нейроинтерфейса. Моё, вероятно, тоже. К таким встречам готовиться нужно. Желательно всю жизнь и так, чтобы, в итоге, их избегать. Я начала хохотать. Дядю передернуло. Ещё чуть-чуть и я почувствую запах пота. Он всегда потеет, когда боится.
— Ты зря смеёшься, — пытаясь придать голосу уверенность, сообщил Аррих. — На этот раз ты не сбежишь.
Я начала хохотать ещё сильнее. Честно говоря, не над его словами, это истерическое. Прошлое, от которого я так силилась сбежать все эти годы, нашло меня самостоятельно. Нашло, привязало к тому же позорному столбу, что и в детстве, и явно имело свои планы.
От повторного приступа неконтролируемого смеха дёргаться начали уже воины. У одних прошли ели заметные лицевые судороги, у других — появился лёгкий тремор в кистях рук. Я секла всё. Может сейчас компьютера внутри моего тела больше и не было, но то что втравлено на уровне инстинктов никуда не делось.
— Давайте браслеты, — решительно заявил Аррих. Было видно, что он быстрее хочет от меня избавиться. Желательно насовсем. При этом если я снова здесь — на кону нечто более важное, чем желание «проучить пигалицу» или месть. Воины пару минут помялись, передавая друг другу пару жестяных браслетов и оттягивая момент нашей встречи, но дядя хорошенько рыкнул и ко мне двинулись три — добровольца (считай «козла отпущения»). Я их очень ждала. На этот раз руки мне связали крепче и нужно было ещё пару секунд, а вот ноги… они уже были свободны, а лягаться меня научили ещё детские стычки на Дастаре. Воины двигались медленно и сосредоточено. Заявление дяди: «это всего лишь глупая пигалица» не сбили их с курса. Они знали, что я могу что-то выкинуть, а я не спешила их разочаровывать. Первому попала прямиком в переносицу, второму досталось чуть выше паха — зараза дёрнулся. Третий отскочил и попытался обойти меня сзади. Сделала вид, что это меня смутило, а потом, также не оборачиваясь, нанесла удар пяткой в колено.