С эбигнейцами (их я тоже уже нарисовала) всё прошло гладко. Они не вылезали из баров уже четырнадцать недель и только и мечтали, чтобы почесать где-нибудь кулаки. А вот эритрианец Бертраму явно не понравился. Скорее всего от того, что как только узнал меня, положил руки мне на талию, притянул к себе и совершенно точно накрыл бы рот поцелуем, если бы я его не остановила. Эритрианцы всегда привлекательные и без дурацких метафор какими отличаются эноки. Интуит будто приревновал или почувствовал что-то чего не чувствую я. Он резко сократил расстояние между нами, уверенно выдернул меня из рук старого напарника и сказал, что если мы хотим работать вместе необходимо соблюдать субординацию. Для Лоркана это было новостью. Эритрианцы не ограничивают себя такой ерундой как «субординация». Но даже не смотря на это, с ними можно иметь дело. Причём всегда. Главное не потерять бдительность и не пропустить его мимо молнии на собственной куртке. Я встречала такие случаи. Эти парни действительно умели очаровывать.
К слову это очень помогло нам на Тундаре — самый большой невольничий рынок в секторе F5. Дюраны, стражи, органы ещё в живых звёздных. Там можно было найти невольницу и зверюгу, в два счёта способную разнести космолёт. А ещё в один прекрасный день там можно было найти Лоркана и меня. Лоркану для соблазнения достался отряд боевых киборгов, половина которого, к нашей удаче, оказалась женщинами. Женщина, каковой бы расе не принадлежала, даже если наполовину была киборгом, на вторую оставалась женщиной. Это знала я, это знал Лоркан. А ещё эритрианец сумел найти к ним подход. Кажется, к четырём или к пяти, но всем из верхушки. Нам открыли все двери и выдали все явки и пароли, пока бдительность главы Тундара усыпляла моя скромная персона в образе огневолосой катрионки с пышной грудью и весьма объемными бёдрами. Мы с ним хорошо позабавились. Оказывается мужик никогда не разносил космолёты на диких скронках. Они похожи на драконов только с меньшим количеством шипов, зато с более увесистыми лапами, да хвостами. Чудовищные твари, особенно если не знать как с ними управляться.
Так вот пока Лоркан, благодаря охмурённым им киборгам, эвакуировал пленных; мы с планетарным управителем устраивали себе развлечения. Как только дело доходило до постели, я укладывала его на мягкую перину и опаивала выжимкой из особых цветов с планеты дивных куртизанок. По тому с какой блаженной улыбочкой на устах мужик каждый раз просыпался, я понимала, игрища между им и мной в его воображении очень-очень жаркие.
— Ты не слушаешь! — недовольно пробасил Эскабальд, оторвав меня от рисования и размышлений. Фраза была обращена не ко мне. К Бертраму. К Бертраму взгляд которого неотрывно следил за мной.
— Задумался, — спокойно ответил интуит и посмотрел на сатурианца, — возможно, тебе не известны какие-то обстоятельства. Твоего дядю могли шантажировать или, скажем, обмануть.
— В таком случае, он должен был умереть за наш народ, а не предавать его! — зарычал хозяин, потрясая кулакими. Я сделала на рисунке последние штрихи и, протягивая его Бертраму, решила сатурианцу кое о чём напомнить:
— Умереть за свой народ предлагает тот кто почти три года прячется на Тартусе?
— Синая умеет подмечать неприятные детали, — пробасил сатурианец, Бертрам кивнул, а ко мне обратился с вопросом:
— Ты хочешь оставить ттриштам корабль, а с остальными отправиться в штаб выбойгов? Мне нравится всё, в том числе техника рисунка, но я предпочту быть с тобой, а не с эбигнейцами.
Я посмотрела на свою высокохудожественную схему и покачала головой:
— Я думала тебе лучше удастся их контролировать, они немного взбалмошные и могут войти в азарт, если окажутся в заварушке.
— Ещё мне не хочется отправлять тебя куда-либо в компании Лоркана, — спокойно продолжал Бертрам, а я поразилась тому, что он не стал ходить вокруг да около, а сказал обо всём прямо.
— Ты, выходит, меня ревнуешь? — чувствуя как губы сами собой растягиваются в улыбке, спросила я. От чего-то подобная мысль стала приятной.
— Я тебя выбрал и я тобой дорожу. Твоё благополучие и твоё спокойствие для меня важнее всего остального.
Звучно выдохнула. Не ожидала я ни такой прямолинейности, ни, уж тем более, такого ответа. А ещё не припомню, чтобы он объявлял о том, что меня выбрал… и куда? И в качестве кого?
— Я ведь тебе ничего не обещала?! — на всякий случай уточнила я. Бертрам кивнул и как ни в чём не бывало улыбнулся:
— Этого и не требовалось. Я же сказал: это я тебя выбрал.
— А ведь ты даже не роршек.