— Уже. — Милана улыбнулась, судя по интонации.
— Уже? — не понял адвокат.
— Ага… Разве мы не ведем себя, как партизаны в разведке?
— Она еще шутит! — с отчаянием фыркнула Диана. — Господи, а вдруг они нас и тут сцапают?!
— Будешь сидеть тихо — не сцапают, — сурово произнес Демидыч. — Правда, хотелось бы знать, куда именно мы влезли. Главное, как двигать дальше…
И, словно отвечая на его вопрос, темный состав вдруг резко дернулся, потом замер — и, снова дернувшись, тронулся с места. В неясном перемежающемся свете, достигавшем сюда с перрона, беглецы недоуменно переглянулись.
— По-моему, двигаемся мы в тупик, — уныло предположила Диана.
— Нет, — внезапно возразила ей Милана, — мне кажется, нам здорово повезло…
— То есть? — Гордеев заинтересованно посмотрел на девушку.
— Понимаете, к ивано-франковскому составу в Черновцах всегда подцепляют несколько вагонов… Вы не обратили внимания, сколько вагонов здесь?
— Я обратил, — встрял Демидыч. — По-моему, четыре… Или три… Я даже хотел протащить всех к следующему пути, да боялся, что этот козел нас застукает из окна… Вагоны-то насквозь просматриваются. Вот и решил, что лучше в тупик попасть, чем перестрелку организовывать.
— Ладно, поживем — увидим, — пробормотал Юрий Петрович. — Коля, отопри-ка нам купе, не век же в коридоре на полу сидеть…
— Ничего не скажешь, хорош Новый год, — вздохнул Демидыч, извлекая на свет свою универсальную отмычку. — К тому же, говорят, как новогоднюю ночь проведешь — так и весь год проживешь…
— Оптимист ты наш, — усмехнулся Гордеев, помогая девушкам подняться с пола. — Зато погляди, этот вагон намного комфортнее нашего: даже если нас загонят в тупик, хоть выспимся более-менее прилично… Правда, спать нам с тобой, Николай, придется по очереди.
— С чего вы взяли, что мы с Миланой уснем? — возмутилась Диана. — Это вы, мужики, толстокожие… Вот вы и спите…
— Наверное, не стоит разговаривать громко, — предположила Милана и положила руку на Дианино колено.
— Не стоит, — поддержал ее Юрий Петрович.
И в этот момент вагон снова дернулся. За окнами с двух сторон медленно поплыли окна чужих поездов…
Январь 2005 г. Адвокат
Александр Борисович Турецкий бросил незаметный взгляд на жену, шутливо дернул за косу Нику и, поставив на стол опустевший бокал из-под шампанского, с самым невинным видом поднялся из-за стола.
Но Ирина Генриховна тоже была не лыком шита — насмешливо покачав головой, она прищурилась на своего супруга и поинтересовалась:
— С тобой все в порядке?
— Естественно! Всего лишь хочу поздравить Славку, пока вся Москва не обсела телефоны с той же целью…
— С целью поздравить твоего друга Грязнова? — Ирина Генриховна наивно округлила брови.
— Я не это имел в виду. Просто через несколько минут все телефонные линии будут перегружены.
Поглядев вслед супругу, исчезнувшему за дверью своего кабинета, она недоверчиво улыбнулась и была, разумеется, права: всего пару секунд назад отзвучали куранты, отсчитав последние двенадцать секунд старого года, а ее муж уже вновь весь в работе…
— Мамуль, — заговорщически шепнула Ника, — хочешь, я под дверью подслушаю?..
Ирина Генриховна ахнула и возмущенно уставилась на дочь:
— Что-о?.. Господи, и кто только тебя воспитывал?!
— Ты, конечно, — хихикнула Ника. — Ну и папочка немного… А что?
— Ну уж извини! — Жена Александра Борисовича слегка покраснела. — Ни я, ни папа подслушивать чужие телефонные разговоры тебя точно не учили!
— А я и не подслушиваю! Я имею в виду — чужие… Как думаешь, какое желание он загадал?
Загадывать желание под бой новогодних курантов было в их семье шутливой традицией: в то, что оно непременно сбудется до конца наступающего года, даже Ника верила разве что в раннем детстве, но так было веселее праздновать лучшую ночь в году.
— Я не думаю, — вздохнула Ирина Генриховна, — я знаю… Твой отец ждет звонка от дяди Дениса Грязнова… Или от дяди Юры… Помнишь дядю Юру? Ну вот: он где-то за границей, должен позвонить с минуты на минуту дяде Денису или папе. А может быть, и дяде Славе. А папа, как обычно, нервничает, потому что за границей дядя Юра не просто так, а на задании…
— Ясно… — Ника разочарованно вздохнула. — Тогда и про его желание все понятно: загадал, чтоб дядя Юра побыстрее позвонил!