— Так вот. Когда я посмотрел на Гарола, то мне практически мгновенно было понятно только одно. Он сильнее чем любой из нас и шутить с ним нельзя.
— Да ладно, Кавари⁈ Я тоже сенсор и не почувствовал в нем большого количества чакры. Объем конечно неплохой, спору нет, но он не биджу.
— Решать конечно вам, но я против любых насильственных действий в отношении Гарола. Неизвестно, чем это нам аукнется.
— Хорошо. Этот вопрос можно пока что отложить до лучших времен. Давайте теперь обсудим предложение клана Татсуки по поводу союза против клана Момочи, — подвел итог Таджима и клан принялся за обсуждение новой проблемы временно выбросив Гарола из головы.
Конец Интерлюдии
На следующий день, мы втроем пришли к кабинету главы клана. Охранник, не говоря ни слова четыре раза стукнул в дверь. Оттуда практически сразу донеслось короткое «Войдите», и мы вошли в кабинет Таджимы-сана.
— Приветствую, странники, — поздоровался Таджима, мы ответили на приветствие.
— У нас к вам есть предложение. Выгодное, — начал говорить я, после небольшой беседы ни о чем. Никогда не любил этикет и учить не собираюсь.
— Внимательно слушаю, — аура Таджимы слегка трепетала от интереса.
— Нам нужно попасть к Узумаки, дабы забрать у них маску Шинигами. Однако, мы не знаем о них ровно ничего, кроме того, что они существуют. В этом мире.
— А разве в вашем мире Узумаки не осталось? — проявил любопытство Учиха.
— Остались, но крайне мало. В нашем мире на Узумаки напали сразу несколько стран, но даже так, полностью истребить Узумаки не получилось. Сенджу и Узумаки близкие родственники, по крайней мере в нашем мире и, наверное, только это и спасло. Узумаки представляли опасность для всех, поэтому на их напали практически полностью уничтожили.
— Как я понял, вас троих, — смерил Таджима нас взглядом, — следует доставить к Узумаки, а затем украсть из их храма маску Шинигами, наподобие которой держит младший Учиха.
Саске теребил маску в руках, решив пока не носить её на лице. Молодец Учиха-младший.
— Верно. В знак благодарности, я излечу всех в этом клане. Могу поклясться чем хотите, что я вылечу даже тех на кого махнули рукой медики.
Аура Таджимы снова воспылала интересом, да и на лице Учихи сияла улыбка.
— Хм…довольно необычно. А можете прямо сейчас излечить кое-кого?
Я вгляделся аурным зрением в Таджиму и увидел его недуг. Сердце шиноби грозило через год-два, схлопнуться от разрыва, а собирать его ошметки по всей грудной клетке не доставляет мне удовольствия. Проще сразу заменить сердце или поработать над причиной болезни. Впрочем, я могу ему вырастить новое сердце, прямо в грудной клетке.
— Я вижу, что у вас стремительно портится сердце? Вы наверняка заметили за собой одышку, головокружение и иногда возникающие боли в области сердца?
— Как ты узнал об этом? — удивленно спросил Таджима, от волнения даже вскочив с кресла.
— Тише-тишк, иначе догоните свой инфаркт. Я целитель и моя работа замечать ухудшение состояния организма.
— Ирьенины дают мне не больше года, максимум два, при соблюдении строгой диеты и комплекса упражнений.
— Это вам не поможет, — отрезал я. — Вам сейчас может помочь или пересадка нового сердца, или я могу вырастить подходящее именно вам сердце, прямо в вашей груди. Если хотите, могу вырастить два сердца и тогда вы вновь сможете насаживать на танто врагов.
— Эмм… а ты точно сможешь?
Итачи и Саске одновременно фыркнули, что не укрылось от Таджимы Учихи.
— Он настолько хороший ирьенин?
— Он лучший, — безапелляционно сказал Итачи, а Саске кивнул головой в знак согласия.
— Понятно. Но поймите правильно. Я совсем не против еще лет десять побегать по лесам, вырезая врагов клана. Я хочу увидеть результат своими глазами.
— Тогда вам понадобится пациент, который лишь чудом жив. Я спасу его жизнь на ваших глазах.
— Весьма смелое заявление, — почесал Таджима нос, — Впрочем, есть как раз в клане подходящий экземпляр. Бираш-сан, проводи целителя Гарола к Амиране.
Спустя еще десять минут, мы стояли напротив тюремной камеры, где была закована в чакроизолирующие цепи женщина. Вернее, существо, которое не иначе упрямством было живо, вопреки всему, оказалось женщиной. Судя по диагностике, она была сильно избита и не один раз изнасилована. Темные волосы, свисали как пакля с головы. Часть пальцев и зубов отсутствует, видимо их вырвали, каналы праны горели, как гирлянды, стремясь вылечить повреждения. Аура у девицы была на редкость паршивая. Предательство, злоба, садизм и почти полное отсутствие моральных ограничений. Такая легко утопит младенца, а затем с непринужденным видом пойдет пить чай.