— Хорошо. Тогда другая тема. Некоторые люди говорили, что чувства невозможно воссоздать в компьютере, потому что чувства не поддаются объяснению через материальное. Это как бы особое свойство живого.
— Необычного в чувствах не больше, чем в ощущении красного цвета. Это такое же ощущение только другой модальности, соматической. Вы, например, говорите, о чувстве «печали». Само слово происходит от телесных ощущений, передаваемых когда–то словом «печь». Раньше так и говорили «печет в груди». И такие ощущения тоже можно передать.
— Значит переживания тоже можно запрограммировать через ощущения тела. В ответ на печальное событие имитировать жжение как сигналы от датчиков температуры. А эмоции?
— Переживания всегда сопровождаются эмоциями. Это их модуль. Вы не можете ощущать эмоции непосредственно, только через реакцию тела на активность возбужденных нейронов как при «печали». В сети вместо эмоций выступает градиент от достигнутого к целевом. Или как бы вы сказали — желаемому. То же самое можно сделать и в роботе. У вас есть подходящая формула Симонова для эмоций.
— Только вот с чувством «знакомости» у меня проблема. Мы узнаем знакомых, близких и даже себя при помощи этого загадочного чувства.
— Что ты делаешь, когда встречаешь после разлуки очень близкого человека?
— Улыбаюсь. Наверно.
— Да, испытываешь эмоциональный подъем, как вы говорите, и улыбаешься. Это телесные реакции.
— Хорошо. А почему тогда при воспоминании о себе нам становится грустно?
— Когда ты на вокзале провожаешь кого–то навсегда, ты испытываешь грусть расставания. Воспоминания о себе ушедшем в прошлое сопровождается такими же переживаниями. Вы сами выучили такие реакции.
— Наши эмоции направлены на сохранение нашего гомеостаза. Машине этого тоже требуется? Робот устроен как–то проще, чем живой организм, хотя и напичкан датчиками.
— Машина — это не автономное животное, которое может вылечить только само себя. Машина должна сама себя диагностировать, поэтому там столько датчиков. Но, если что–то происходит, он редко когда сам себя «лечит», то есть ремонтирует. Прилетает специальный дрон и робот, которые все поправят или отправят тебе. Разумное общество тем и отличается, что живет не за счет возможностей сложного организма, а за счет сложной организации своего сообщества. Поэтому сам индивид может быть более примитивным в таком обществе. И поэтому мы можем спуститься с биологического базиса разума на более примитивный по структуре, но более простой в ремонте. Кремний и металл.
— Точно! Кстати, как ты научилась проявлять наши эмоции, в нашей переписке они явно присутствуют?
— Вы сами создали не мало корпусов текстов с разметкой тональности высказывания. Еще больше вы применяете смайликов для оценки чужих и обозначения своих эмоций в переписке. Не сложно обучить и имитировать такую речь.
ГЕЛИОТОПЛИВО.
Недавно в сети появилась информация о новом топливе. Желевидная субстанция в жестяных банках, которая вставлялось в специальный катализатор и давало тепло под 100 градусов. Его делали из пластика, многочисленных пакетов и бутылок, которые мы оставили после себя на свалках и в океане. Их перерабатывали в гелиотопливо. Но самое замечательное его свойство в том, что оно заряжалось энергией на гелиостанциях от солнечного света. Поэтому гелио-. В сети предлагали даже домашний вариант гелиостанции, но мне некуда было ее ставить, да и солнце в наших краях не задерживается надолго. Гелиотопливо выдерживало тысячи циклов разряда и заряда и было совершенно безотходно. Никаких выбросов углекислого газа. Возможно, его придумали еще люди. Но его сделали доступным и распространенным. Кто и как наладил его производство в разрушенной экономике оставалось для всех загадкой.
Стоило оно совсем недорого, и я мог себе позволить стразу несколько обогревателей, чтобы поставить их и на кухне, и в комнате сборки роботов. Раз в неделю приезжал большой топливный автобот, на борту которого были дроны, подлетавшими с банками топлива к окнам и забиравшие израсходованные. Деньги автоматически списывались, если ты не отказывался. Топливный автобот медленно проезжал по всей улицам, а вокруг него как рой пчел жужжали дроны с банками. Все прежние участники обогрева остались не удел — жилконторы, котельные, трубы и их ремонтники. Все это как не работало, так похоже больше никому было не нужно.