— Так, так, так, — Гдарий огляделся по сторонам, сосредоточился и энергетическим способом прочертил замысловатую фигуру, покрывшую все свободное пространство.
— Вроде я еще ни на что не соглашался, — напомнил ему Палаэль.
— Ах, да. Объяснения! — Гдарий сделал вид, что совершенно запамятовал об этом немаловажном для гостей моменте. — Дело в том, что мне предстоит скоро уйти из этого мира… И отнюдь не в путешествие по необозримым далям нашей Вселенной. Этот мир… — целитель неопределенно провел рукой, — Я здесь родился, вырос, состарился… Уже давно я проводил отсюда своих братьев и сестер, отправившихся к Центру Миров, и приступил к задуманному еще по молодости плану по изменению Циана. За минувшие годы я потратил на это много сил, делая мир лучше. Слишком много, чтобы уйти просто так, бросив все на произвол судьбы. Да, он не идеален, и в нем еще достаточно насилия и несчастий, но я как мог пытался его изменить, и считаю, что мне это отчасти удалось! И я решил подготовить себе достойную замену, которая продолжит мои начинания. Вы спросите, почему я не сделал ставку на следующего бога — целителя, который наверняка родиться здесь вместе со своими братьями и сестрами вскоре после моего ухода? Да потому, что молодые боги слишком жестоки и эгоистичны, чтобы я мог наедятся на продолжение моих начинаний! Вот эта девушка, — целитель тряхнул Элану за плечо так, словно она была тряпичной куклой, — сможет… — Гдарий запнулся и в состоянии охватившего его эмоционального порыва не смог подобрать слов, точно описывающих его чаяния, связанные с Эланой. В конце концов, выдохнул. — Сможет все, что я задумал!
Под впечатлением от речи целителя, Ваэрон и Палаэль некоторое время стояли молча, пока первый не нашел в себе силы вырваться из пучины навеянных мыслей:
— Как? Как ты собрался ее превратить?
— Есть один обряд, позволяющий это сделать. Но надо соблюсти несколько условий, самые главные из которых заключаются в наличии крупиц первородных энергии и нахождении магического дара посвящаемого в неактивном состоянии. Последнее связано с тем, что в ином случае на обряд потребуется слишком много сил и их попросту может не хватить. Видимо, здесь скрыт определенный закон. Чем выше магические силы посвящаемого, тем больше сил требуется от свершающего обряд. И…
Палаэль поднял руки.
— Хватит, Гдарий. Дальше можешь не объяснять! Я согласен. Говори, что от меня требуется.
— Отлично! Встань на ту линию и приготовься открыть каналы, связывающие тебя с первородными энергиями.
— А я могу помочь? — выступил вперед Ваэрон. — Что я просто так стоять буду?
— Отлично! — Гдарий радостно потер руки и вкратце объяснил союзникам порядок их действий, после чего те заняли в слабо светящейся фигуре обозначенные места и присоединили к ее линиям свои ауры.
— Сюда выводи первородные энергии, — Гдарий сделал пару движений и внутри рисунка засветились несколько точек.
— Готово, — на всякий случай оповестил целителя Палаэль.
Гдарий провел Элану к центру фигуры, где имелась идеально ровная окружность, и поставил девушку точно по ее центру. Та двигалась точно сомнамбула, не пытаясь сопротивляться и не задавая никаких вопросов.
Встав на свое место и еще раз все проверив, целитель воскликнул:
— Начали!
Пару мгновений ничего не происходило, а затем линии рисунка начали светиться все ярче и ярче, по мере того, как боги вкачивали в структуру фигуры все новые порции энергии.
Спустя малое время испускаемый во все стороны свет затмил сверкающие фигуры участвующих в обряде божеств, и магическая конструкция стала напоминать собой маленькую звезду, по каким‑то причинам спустившуюся к самой поверхности Циана.
Температура в склепе поднялась настолько, что составлявшие основу его пола камни начали плавиться и оплывать, превращаясь в магму, а каменные стены приобрели ярко — красный оттенок.
Стоявшие на коленях у входа в склеп толпы паломников, традиционно являвшихся к месту жительства Великого Гдария за благословением и исцелением, испуганно прикрылись руками от пышущих нестерпимым жаром стен. Три десятка гномов, оказавшихся ближе всего к склепу, вынуждены были вскочить на ноги и отступить подальше, иначе рисковали получить самые настоящие ожоги.
В это же время маги со всего Циана отчетливо почувствовали череду мощных энергетических волн, прошедших по всем силовым линиям планеты. Наиболее продвинутые даже смогли проследить источник этих «беспорядков».
— Что‑то происходит у Гдария, — произнес архимаг — универсал Сугд, он же Глава Магического Совета королевства Сибала, и наиболее могущественный из магов Циана. Открыв глаза и обведя мутным взглядом других членов Совета, он напряженно постучал по столу кончиком пера. — Интересно, что?
Никто и предположить не мог, что там, в склепе Великого Гдария, в неимоверных муках и страданиях рождается новый бог. Вернее, богиня.
— Все! — возвестил голос Гдария и магический рисунок внезапно погас, погрузив помещение в полную темноту.
Впрочем, она не мешала трем присутствующим божествам увидеть лежавшую на полу девушку. Раскинув руки, она невидящим взглядом смотрела в потолок.
— У тебя получилось, — нарушил полную тишину Палаэль и этой фразой удержал собиравшегося подойти к Элане целителя на месте. — Теперь расскажи, что ты знаешь о происходящем со мной.
Гдарий кинул на девушку ласковый взгляд и обернулся к ожидающему ответов эльфу.
— Твои Ключи соединяться, — возвестил он, — но ты не погибнешь. Ты переродишься в новую сущность, которая в равной степени будет обладать способностями и богов, и демонов. Ты обладаешь ими сейчас, но после объединения эти способности увеличатся многократно. И это еще не все! Я слышал от одного покинувшего нашу Вселенную демона, что соединивший в себе демонические и божественные Ключи сможет оперировать совершенно другими силами, доступными в настоящий момент исключительно Высшим богам и Верховным архидемонам. Наличие двух Ключей нельзя рассматривать в качестве болезни. Скорее это для тебя величайшее благо.
— Это все, что ты знаешь? — выдержав некоторую паузу, уточнил Палаэль.
Гдарий не нашелся, что на это ответить. Ожидая от гостей по крайней мере воодушевления от полученного известия, а то и радости, он опешил, натолкнувшись на абсолютное отсутствие эмоций. Научившись их различать по косвенным признакам даже у бессмертных, сейчас он прекрасно чувствовал, что новости не произвели на Палаэля и Ваэрона ровным счетом никакого впечатления.
— Да, это все, — разочарованно буркнул целитель. — Если ты надеялся на излечение, то вынужден тебя расстроить. Это не лечится, ибо не болезнь. Что‑то еще?
— Нет. Спасибо за информацию, — вежливо поблагодарил его Палаэль, и обратился к Ваэрону. — Пойдем?
— Да, — кивнул тот.
Быстро попрощавшись с Гдарием, гости скрылись в портале, оставив его и успевшую очнуться Элану наедине.
— А я‑то собирался их присмотреть за Цианом, пока Элана не наберет достаточно сил… А как просить, если они откровенно не впечатлились моими словами? Эх… Не судьба… — горько вздохнул Гдарий и подошел к девушке.
— Как ощущения?
Элана подняла голову и на глазах ее показались слезы.
— Почему ты не вмешался, когда убивали мою семью?
Целитель помялся, думая над ответом на довольно‑таки сложный вопрос. В конце концов он решил сказать правду.
— Ты должна была почувствовать всю ту боль, что приходит к человеку после гибели близких ему людей. Поверь, так было нужно.
Элана не сдержалась и всхлипнула. Слезы обильно потекли по ее щекам.
— Значит, все‑таки мог вмешаться… А ты знаешь, что эти звери сделали с моей сестрой? Знаешь? — голос Эланы возвысился. Следующей фразой она перешла на крик. — Солдаты насиловали ее до смерти!!! А знаешь, что они сделали с матерью??? И отцом!!! Ты мог предотвратить все это и не сделал ничего!!! Я тебя ненавижу!!!
Элану сотрясли рыдания.
— Все уже кончилось, — грустно ответил Гдарий. — Теперь уже ничего не изменить. Впредь ты должна будешь следить за этим миром, чтобы в нем…