– Жанна, ты чего молчишь? – неожиданно обратился ко мне Роман.
– Молчу о чем? – не поняла я вопроса.
– О том, что это сделал Данилевский.
Викентий Петрович взглянул на меня с удивлением. Эльза напротив – опустила глаза так низко, что запросто можно было замерить длину ресниц.
– Данилевский приходил к нам в офис и какое-то время сидел один, – не дождавшись моего ответа, сказал Роман. – Это было на той неделе. Жанн, ну, скажи – ведь так?
Теперь на меня воззрилось три пары глаз.
– Данилевский действительно приходил к нам в офис и действительно сидел один, – произнесла я, вспомнив странное поведение рабочего моноблока, почему-то не пожелавшего переключиться на спящий режим. Значит Данилевский, как минимум, трогал мышку, а как максимум вставил флешку и скачал на нее клиентскую базу.
– Извините, Викентий Петрович, – вырвалось у меня вместе с жутким чувством вины, – я и подумать не могла, что он способен…
– Глупости. Не способен, – перебил Викентий Петрович и даже как будто слегка протрезвел.
– А кто же тогда? – произнес Роман ту самую фразу, после которой становится особенно неловко, ведь на каждого можно подумать. На каждого из нас троих.
– Прекрати, – сказала ему Эльза.
– Да, ради бога, – передернул плечами Роман. – И что это изменит? Никто к нам в офис не вламывался. Никто больше не приходил. По крайней мере, я никого не видел. А у Данилевского какая-то недоброжелательность к выставке, я так понял…
Смачный шлепок упавшей на пол мышки заставил его умокнуть. Мышка слетела у меня со стола, а она всегда так звучно падает, словно пощечина офисному линолеуму.
– Давайте не будем никого обвинять, – проговорил Викентий Петрович, поднимаясь со стула. – Ян Данилевский не мог этого сделать. Не мог и точка.
Он пошел обратно в кабинет и заперся там, словно приговорив себя к одиночному заключению.
– У него в кабинете водка, – шепнула Эльза, наблюдая за тем, как я поднимаю упавшую мышку. – Ты тоже хорош, – набросилась она на Романа. – Не ясно, что ли? Данилевский любимый ученик человека, который дал Экспонано деньги на проект. А ты на него бочки катишь.
– Ну, я же не знал, – так же шепотом ответил Роман. – Надоел мне этот Данилевский. А вот интересно, что думает по этому поводу Альберт.
– Он наверняка не в курсе, – выгородила любимого парня Эльза.
– Ключевое слово – наверняка, – схохмил Роман.
– Сейчас спрошу у него, – не выдержав, сказала Эльза и полезла за мобильным телефоном.
Прошла секунда, другая…
– Альберт, это я. Привет, – сказала она невидимому абоненту. – У меня тут к тебе вопрос… Ты меня слышишь? Я в офисе. Тут какие-то помехи… Куда приглашаешь?.. Куда?.. А, понятно. Ладно, договорились… Да, нет, не срочно. Там и поговорим.
Последнюю фразу она произнесла уже после того, как отключила телефон.
– Жанн. Поедешь со мной? – обратилась ко мне. – Альберт приглашает на фотосессию.
– На какую фотосессию? – переспросила я.
– У Альберта скоро презентация коллекции украшений. Нужна модель с зелеными глазами. У него там изумруды. Кстати, заметила новое колечко? Это тоже из его коллекции. Круто правда?
Я скользнула рассеянным взглядом по ее руке. Колечко из черного золота с голубыми и желтыми камнями. Действительно круто. Я заметила его утром. Такую красоту нельзя не заметить.
– На вдовье похоже, – высказал мнение Роман.
– Почему? – испуганно проговорила Эльза.
– А, по-моему, не похоже, – вступилась я за подарок Альберта, но Эльза в каком-то нервном порыве стащила его с пальца и сунула в карман. При этом лицо у нее было такое, словно совершила преступление.
– Ладно, девчонки вы как хотите, а я домой, – засобирался Роман, состроив болезненную гримасу. – Спросят если, скажите, что отравился чем-то. Наверное, фастфудом.
А кому сказать? Викентий Петрович как заперся в кабинете, так и не вышел оттуда до самого вечера.
После ухода Романа мы с Эльзой еще некоторое время звонили экспонентам и неожиданно один из них, вернее, одна пожилая женщина пообещала приехать в офис и оформить договор на участие. Разговаривала с ней я и едва не свалилась со стула от счастья. Значит, не все потеряно?
– Да погоди ты радоваться, – мрачно сказала Эльза. – Сначала пусть приедет, вот тогда и станцуем джигу.
Перед тем как уйти из офиса мы подошли к двери директорского кабинета и прислушались.
Тишина.
– Все ли у него в порядке? – забеспокоилась я.
– Давай позвоним, – сказала Эльза и сделала это сама.
Викентий Петрович сбросил звонок. И второй. И третий.
– Не хочет разговаривать. Ладно, идем.