Роман слегка попрыгал, поиграл плечами, помотал головой, как это делают боксеры перед выходом на бой.
– Ты кого изображаешь? Убийцу? – развеселилась Эльза.
И после этого началось. Они резвились как дети. Эльза корчила забавные рожи. Роман подлетал к ней и делал вид, что промахивается. Выглядело слишком по-клоунски, но смешно. Один раз они обнялись, словно два танцора танго, и сделали вид, что целуются. И оба чуть не упали, потому что Эльза слишком резко отклонилась на руку Романа, и тот едва ее удержал.
– У меня тоже память заканчивается, – предупредила я.
– Ладно, хватит тогда, – сказала Эльза. – Я думаю, там достаточно материала. Скинь мне потом на почту, я посмотрю, что получилось.
– И мне, пожалуйста, скинь, – присоединился Роман.
– А тебе не положено, – воспротивилась партнерша по съемкам.
– Как это? Почему не положено? Я тоже имею право. Снимались-то вместе, – запротестовал Роман.
– Не-а. Это не просто снимки-ролики. Это собственность арт-отдела, – весело сказала Эльза. – Сначала я их, как следует, отцензурю, а потом уже поглядишь. Жанна, не вздумай ему отослать.
– Да, я не настаиваю. Собственность, так собственность, – безразлично произнес Роман. – Главное, чтобы пошли на пользу дела.
– Покажу их специалисту, он скажет, пойдет или нет, – ответила Эльза. – А так – за работу моделей платить не надо. Фотки и ролики мой знакомый сделает бесплатно. Там единственное условие будет – сразу раз и сняли. Так что готовиться надо заранее.
Она позвонила Альберту.
– Бертик, я хотела поехать на мероприятие, а у меня машина в ремонте, не подвезешь? У тебя все равно эти дни свободные... Да нет, мероприятие не развлекательное. Модный показ… Ну, я же и говорю, поехали вместе. Будем рука об руку ходить, ни один мужчина на меня не взглянет.
Последние слова она произнесла, уже выключив телефон. Не успела положить его в сумочку – снова звонок.
Я думала перезвонил Альберт.
– Добрый день, Викентий Петрович, – сказала Эльза как-то испуганно. – Откуда звоните? Из поликлиники?.. Я поняла, поняла… Да, это часто бывает. Давление – раз, и подскочит… Выздоравливайте, Викентий Петрович… Не волнуйтесь. Всё под контролем. Я сейчас поеду на мероприятие. Там попробую найти экспонентов. А Жанна будет обзванивать оставшиеся номера… Ну, мало ли, вдруг… Хорошо-хорошо. Скажу. До свидания.
Я и Роман застыли в ожидании.
Закончив разговаривать с директором, Эльза не стала дожидаться, когда засыплем ее наводящими вопросами.
– Викентий Петрович плохо себя почувствовал. Сейчас ему буду делать срочное ЭКГ. Допился, короче говоря. Через час он должен был встретиться с арендодателем…
– В Манеже? – не утерпел Роман.
– Нет. Теперь у нас объект поскромнее. Выставочный центр. У них там видеокамеры, охрана. Все, как полагается. Викентий Петрович просил тебя выбрать зал для выставки. Жанна, ты тоже поезжай. Посмотришь, как он выглядит. Это тебе пригодится, когда будешь объяснять экспонентам, что там и как.
– Хорошо, – сказала я.
– Роман, ты на машине?
– Да.
– Поезжайте прямо сейчас. Адрес я тебе скину.
***
В машине Роман без конца удивлялся, какой активной оказалась Эльза.
– Надо же… Я-то думал, она пустышка с надутыми губами. Откуда, только, что берется. Сразу такая деловая вся. Командный голос. Лидерская нотка. С ней наша выставка точно не пропадет.
– Да, у Эльзы характер, – согласилась я и подумала про себя, что сама-то вряд ли решилась бы взять на себя руководство и ответственность. Страшновато как-то, да и опыта не хватает. На занятиях по менеджменту нас готовили к самостоятельному ведению бизнеса, но теория – это одно, а практика – совершенно другое. И уж тем более управление компанией, которая стремительно идет ко дну.
– Черт, бензин на нуле, – ругнулся Роман. – Придется искать заправку.
– Может, как-нибудь доедем? – подала я голос. – А-то опоздаем.
– Ну, опоздаем чуть-чуть. Не страшно.
– Как это не страшно. А если менеджер уйдет?
– Никуда не уйдет. Наша компания для них источник денег.
Мы заехали на заправку. Роман не спеша заправился. Поболтал по телефону. А я зачем-то открыла окно и надышалась бензином, от запаха которого тут же разболелась голова, и пока доехали до места, она превратилась в чугунный котел, в котором поселился неутомимый молотобоец.
– Давай заскочим в аптеку, – предложил Роман.
Завернули в аптеку. Но таблетка не помогла. Так что, оставшуюся часть пути до Выставочного центра я дремала, чтобы отогнать надоевшую боль. Рядом с Романом мне было спокойно и как-то уютно. Все-таки заботливость по отношению к девушке была его сильной чертой. Даже сочувствие было у него каким-то особенным – по-мужски скупым и в то же время достаточным, чтобы почувствовать себя в надежных руках. Меня только отталкивала его грубоватая манера неожиданно вести себя, как «пьяная скотина». В этом было что-то неприятное, но терпимое для отношений двух коллег по работе. Разрушенная любовь оправдывала его поведение. По крайней мере, в моих глазах.
Сравнивая его с Данилевским, я ловила себя на мысли, что устрой они вот сейчас состязание – отдала бы предпочтение Роману. Хотя бы из чувства протеста. У Романа ко мне симпатия, которую он всячески подчеркивает, и, значит, им можно повелевать. Я на минутку представила нас вместе – Великан и Дюймовочка. И следом, исключительно для сравнения, представила себя и Данилевского… Совсем иное чувство. Только подумаешь о нем чуть нежнее, и сразу всё катится кувырком. Наверное, это признак несовместимости и самое лучшее – находиться друг от друга как можно дальше.
Вот если бы он изменился. Как мама. Внезапно стал другим.
Или изменилась я…
Такое ведь может случиться. Проснусь, как в сказке, и увижу мир иначе. Сейчас мне кажется, что должна помочь Викентию Петровичу, а будет казаться, что ничего и никому я не должна. И не придется героически бороться с проблемой, которую, как в поговорке, придумала себе сама.
Почему я уперлась. Почему не могу смириться с очевидным…