– Какому опекуну? – удивилась я.
– Ну, как, какому. Официальному. Брат у неё опекун. Она же давно такая. Парень бросил и на этой почве… Сами ж видите.
– Разве он не погиб, – произнесла я, покосившись на Эльзу.
– Лешка-то? Да нет. Живой он, – доверительно сказала женщина. – Узнал про диагноз и очень быстро женился на другой. Шила ведь в мешке не утаишь. У них же вся семейка, дай боже, – кивнула она на Эльзу. – Мамаша, брат. Абсолютно к жизни не приспособленные. Живут на подачки, которые дед из Америки присылает. Эльза лечилась в психушке несколько лет назад. Вот, уж мы не знали, что её на работу приняли. Вы что же – ничего такого за ней не замечали?
– Ничего, – покачала я головой.
– Ну, и начальство у вас. Проверять же надо сотрудников.
Пока она говорила, приехала скорая. Врач, медсестра и санитар.
Я надеялась, что Эльзе дадут таблетку, сделают укол, успокоят и оставят дома, но после осмотра её решили везти в лечебницу. Положили, словно бревно, на раскладную каталку, пристегнули ремнями и прямо от дивана повезли на улицу. Я шла за ней до машины скорой помощи.
– Родственница? – спросили у меня.
– Родственник – это я, – сказал откуда-то появившийся молодой человек, невысокий, лысоватый, совсем не похожий на Эльзу. – Сейчас принесу документы и поеду с вами.
Он по-хозяйски направился в дом. Хорошо одетый и вполне нормальный с виду. Может, соседи слегка преувеличили драму в их семье?
Опомнившись, я побежала за ним, чтобы забрать свои вещи и телефон, заряжавшийся в гостиной.
– Эй, ты кто такая? – сказал он, не пуская меня за порог. – Ну-ка, кыш отсюда. Собиралась тут шур-шур под шумок? Не выйдет.
– Я подруга… Коллега вашей сестры по работе…
– Знаем мы её работу!
Он всерьез не хотел меня пускать.
– Да подруга она, подруга. Я её тут не впервые вижу, – пришла мне на помощь соседка.
Остальные следили за нами издали.
– Нельзя ли побыстрее? – донеслось от машины скорой помощи.
– Подождите за пределами дома, я сам вещи вынесу, – буркнул мне Эльзин брат. – И не вздумайте вламываться. По судам затаскаю.
– Там у меня сумка. Желтая. С длинным ремешком. Лежит возле дивана на полу. И айфон на зарядке в гостиной, – сказала я, сохраняя спокойствие, чтобы не раздувать скандал.
– Телефон-то, увы, разбит, – вмешалась соседка.
– Как разбит? – встрепенулась я.
– Эльза об этом твердила. Да, может, выдумала, не знаю. У неё разве разберешь. Приняла меня за какую-то Жанну. Это не вы случайно?
– Я…
– Ну, вот видите.
– Сейчас поглядим, чего она там разбила, – неприязненно отозвался Эльзин брат и скрылся за дверью.
В первый момент я и сама подумала, что Эльза разбила новый айфон, когда бесновалась и бегала по дому. Всё, что происходило вокруг, казалось мне страшным сном. Я стояла не живая, не мертвая и не могла проснуться.
– ... мы как раз встречали сыновей моего мужа, – говорила соседка, показывая на двоих мужчин и стоявшего рядом с ними старика. – А тут она. И прямо по цветам. Мчится с этой палкой. И кто его знает, что у неё на уме. Хорошо, ребята не растерялись. Схватили её с двух сторон и вырвали палку. Она и говорит мне – Жанна, мол, Жанна. А сама трясется вся. И губы побелели. Сначала-то я по простоте подумала, что имя перепутала. А её как понесло. Про разбитый телефон, про какие-то видео, которые может увидеть Альберт…
Я слушала урывками.
Эльза больна…
Вот в чем причина её вчерашней ярости.
А ведь всё это время она казалась мне абсолютно нормальной. Даже мысли ни разу не возникло, что может быть по-другому.
Ни разу?
Я вдруг вспомнила, как Альберт нарвал ей кувшинок, когда мы проходили мимо озера, и она неожиданно принялась их жевать. Выглядело слегка странновато, но вполне укладывалось в её эпатажный характер.
– Вкус из детства. Не хотите попробовать? – говорила она со смехом, и нам казалось, что это обычная шутка.
За обедом в офисе она не пользовалась вилкой, объясняя это тем, что боится поранить рот.
У порога всегда останавливалась и переступала сначала левой ногой.
А все эти фантазии про погибшего Лешу, который на самом деле не умер, про переселение его души в Альберта…
– Вот ваша сумка, а вот – айфон, – прервал мои размышления Эльзин брат, но прежде чем отдать показал его соседке. – Ну, чего ж вы врете, что он разбит? Не стыдно?
И сунул его мне в ладонь.
– Да вы бы еще понимать научились, что вам говорят, – с достоинством ответила соседка и молча удалилась.
А я осталась.
– Старая шмара, – выругался Эльзин брат на соседку. – Проходу Эльзе не давала. Я еще выясню, что тут у них произошло.