— Ты имеешь в виду атомную структуру? — лениво уточнил Дэмиен, отрываясь от телефона.
— Нет, нет, ты не догоняешь! — Себ активно замахал руками, упираясь локтями в стол. — Я про систему! Понимаешь? В мире есть алгоритмы! Если их взломать, можно контролировать всё!
Алекс закрыл глаза и глубоко молчал.
— Себ, ты хоть раз слышал слово «математика»?
— Да, конечно! — сказал тот гордо. — Но это всё фигня, вот что главное… Если ты будешь думать, как система, ты взломаешь саму жизнь! Вот мой батя, например, у него все схемы работают. Даже самые серые, понимаешь? Типа, вот этот его договор с фирмой, которая вроде как ему не принадлежит, но все деньги компании все равно идут к нему. Это то же самое, что и чит-код в игре, Брат!
Алекс замер. Дэмиен поднял брови.
— Хочешь сказать, что твой отец использует офшоры для отмывания денег? — спросил Алекс, сделал вид, что это его абсолютно не интересует.
— Не, не, не, это всё легально! Ну, почти. Главное — знать, кого подмазать.
— И ты говоришь это в полный голос в университете, в присутствии людей? — уточнил Дэмиен, старательно сохраняя лицо без эмоций.
— Да пофиг! Никто всё равно ничего не поймёт, я объяснил же на своём уровне!
Алекс закрыл лицо рукой.
— О, в этом я даже не сомневаюсь…
Себастьян довольно улыбнулся, уверенный, что все проникли в его мудрость.
— Ладно, мужики, я пошел, мне надо срочно кое-что решить. Потом расскажу вам еще одну штуку, как можно взломать жизнь!
Когда он ушёл, Дэмиен фыркнув сказал:
— Ты понял хоть что-то?
— Только то, что у его отца есть чем заняться юристам, если кто-то решит покопаться в документах, — спокойно ответил Алекс.
— Ты хочешь этим заняться?
Алекс усмехнулся.
— Я хочу знать, что за «серые схемы» у его отца.
— О-о, вот это уже интересно.
Они переглянулись, оба понимая, что Себастьян Корвин только что проболтался о чем-то гораздо большем, чем просто тупая теория хаоса.
После того, как пары закончились, Алекс и Дэмиен, вместо того чтобы направиться домой, как большинство их однокурсников или зависнуть в элитных барах, двинулись в сторону своей настоящей работы. Они вступили в неприемлемое здание в центре города — обычный офисный центр, каких в Нью Йорке тысячи. Только в этом здании, на одном из закрытых этажей, рабочая группа аналитиков, брокеров и юристов, чья деятельность выходила далеко за рамки легального бизнеса.
— Ты уверен, что Корвин не просто болтун? — спросил Дэмиен, пока они поднимались на лифте.
— Абсолютно. Его отец — не просто крутой бизнесмен. Слишком много запутанных компаний, слишком много теневых транзакций. И теперь у нас есть его схема.
— Ну что ж, пора копать.
Алекс подключился к терминалу и начал загрузку зашифрованных данных. Они работали на Рика Вандербила — человека, который владеет Нью Йорком, но его имя редко мелькало в новостях. Он предпочитал держаться в тени и двигать фигуры на шахматной доске тихо.
— Посмотри сюда, — Алекс вывел на экран сложную финансовую цепочку. — Вот эта фирма, о которой говорил Корвин. «Хэлфорд Индастриз». Если копнуть глубже, она принадлежит некому Джеймсу Марлоу, но если проследить потоки денег…
Дэмиен хмыкнул:
— Все пути ведут обратно к Корвину-старшему. Красиво, почти искусно.
Алекс продолжает:
— Компания занимается строительными контрактами, но тут интересно другое. Она получает крупные госзаказы, но большая часть средств уходит через подставные фирмы на Кипре и в Сингапуре. Чистое отмывание денег.
— И всё это безнаказанно?
— Пока что.
Алекс перевёл взгляд на второй монитор, где появился досье Корвина-старшего.
— Но Рик не зря сказал нам сблизиться с сыном Корвина. Если сын такой тупой болтун, представляешь, какие скелеты в шкафу у его отца?
Дэмиен ухмыльнулся.
— А самое весёлое только начинается.
Через пару часов они вошли в нижний пентхаус Вандербила.
Рик сидел в кожаном кресле, глядя на город через панорамные окна.
— Новости? — спросил он, не оборачиваясь.
Алекс подал ему планшет.
— Корвин-старший — мошенник, но мы знали это и раньше. Теперь у нас есть доказательства схем отмывания. Теневые компании, фиктивные контракты, липовые тендеры. Всё работает через офшоры, но следы ведут к нему.