«Это хорошо, – подумал лейтенант. – Значит, немцы ищут нас».
Мимо них на скорости пропылила легковая машина и несколько грузовиков с солдатами. Машины тащили за собой противотанковые орудия. Проводив их взглядом, Никитин посмотрел на сосредоточенное лицо водителя, у которого явно сдавали нервы.
– Чего молчишь? – спросил его Никитин. – Не лопни от напряжения…
– А что, говорить-то, товарищ лейтенант? – ответил Клим. – Все от войны, а мы в другую сторону. Вон и артиллеристы летят на восток, а мы…
– Вон, ты о чем, Клим. Что ж ты раньше-то не отказался от этого рейса? Сейчас бы пылил в сторону Смоленска.
– Я – не самоубийца, – злясь на лейтенанта, ответил шофер. – Да и вы, по всей вероятности, тоже здесь не доброволец. Кто из нормальных людей согласился бы на такое задание.
– Я согласился, – улыбаясь, ответил ему Никитин. – Двум смертям не бывать, а одной не миновать. Или ты другого мнения, Клим? Ты же – член партии, а мыслишь…
Водитель промолчал. Лейтенант посмотрел на него и сплюнул в окно машины.
«Хорошо – ты холостой, а у меня трое детей, – подумал Клим. – Кто их поднимет, если я погибну? Государство? Да и причем здесь партия? Я по-человечески размышляю».
Лейтенанта отвлек звук пикирующего самолета. Рев двигателя рос с каждым мгновением и в какой-то момент наполнил весь окружающий его мир. Ему показалось, что его тело, его физическая сущность просто растворилась в этом ужасном звуке пикирующего самолета с черными крестами на крыльях. Раздался треск авиационных пушек. Земля вздыбилась в метрах десяти от их автомобиля. Едва не задевая своими серыми крыльями кромок деревьев, над ними пронесся «Мессершмит». Он промчался так низко, что Никитину показалось, что он увидел улыбающееся лицо немецкого пилота. Самолет взмыл к солнцу и снова устремился к земле. Черная точка с каждой секундой все росла и росла в размере. Лейтенант почувствовал, как между его лопаток заструился предательский ручеек. Он не был трусом, но погибнуть вот так просто в кабине полуторки ему не хотелось. Он почувствовал какую-то безвыходность и практически смирился с возможной смертью. Его тело сделалось каким-то мягким, ватным и податливым. Он закрыл глаза и вжал голову в плечи, ожидая шквал огня, но его почему-то не последовало.
– Товарищ лейтенант! – закричал Клим и рукой указал куда-то влево. – Посмотрите!
Никитин посмотрел в указанную Климом сторону и увидел немецких солдат, которые группами медленно выходили из леса. Забыв про самолет, он выскочил из кабины и выхватив из кобуры «ТТ».
– Направо! В лес! – закричал он водителю. – Приготовиться к бою!
Машины, натружено гудя моторами, съехали с дороги и стали втягиваться в небольшую посадку из берез. Громкий треск пулемета броневика отвлек Никитина от самолета, который продолжал парить в небе. Бронированная машина развернулась на месте и двинулась в сторону немецкой пехоты, поливая гитлеровцев из крупнокалиберного пулемета. Затрещали десятки автоматов и пулеметов. Откуда-то слева по грузовикам ударил немецкий пулемет. Пули, словно шило, легко прошивали деревянные борта полуторок, разбрасывая в сторону белую щепу.
Танк развернулся на месте и двинулся в сторону немецких пулеметчиков.
– Маркелов! – закричал Никитин, заметив того недалеко от себя. – Отводи людей с машинами, я прикрою!
Лейтенант вскочил и бросился к станковому пулемету.
– Отходи! – приказал он пулеметчику. – Я прикрою!
Пулеметчик поднялся с земли и, сделав несколько неуверенных шагов, упал в траву. В ту же секунду около Никитина оказалась Лаврова.
– В лес! – закричал он ей прямо в лицо. – Я сказал – в лес!
Но девушка, словно не слыша приказа офицера, открыла коробку и протянула ему пулеметную ленту. Никитин машинально вставил ленту в пулемет и длинной очередью прижал атакующего противника к земле. Краем глаза он увидел, как одна из машин вспыхнула и запылала ярким чадящим пламенем. Не выдержав плотного огня красноармейцев, немцы короткими перебежками стали отходить обратно в лес. Неожиданно броневик исчез в облаке огня и пыли. Поле, по которому маневрировала бронированная машина, оказалось заминированным. Кто и когда успел заминировать его, Никитин не знал. Машина словно лист фанеры, в порыве сильного ветра медленно оторвалась от земли и повисла в воздухе. В следующую секунду броневик разорвало на две половины. Из-за облака пыли, поднятого взрывом, ничего не было видно. Пробежав вперед метров двадцать вперед, лейтенант натолкнулся на труп водителя броневика, одетого в черный комбинезон, которого выбросило взрывом из развороченной машины. Недалеко, ухнула мина, затем другая. Взрывной волной Никитина прижало к земле. Он почувствовал, что кто-то настойчиво тянул его за сапог. Он обернулся, это была Ольга и младший лейтенант Маркелов.