– Выходит, капитан, таким образом, ты решил спасти свою шкуру? – вмешался в разговор, подошедший к ним Маркелов. – Скажи, почему ты не примкнул к другим нашим частям, которые, в отличие от вас, продолжали и продолжают вести ожесточенные бои с гитлеровцами?
Мусин снова ухмыльнулся и со злостью посмотрел в сторону бойца, который неотрывно наблюдал за ним.
– Извини, лейтенант, но и тебя там нет, я имею в виду, на передовой. Ты почему-то тоже не воюешь, а прячешься в этом лесу. Бежишь почему-то не на запад, чтобы пролить кровь, а катишь на восток под охраной бойцов.
Лицо Никитина вспыхнуло и покрылось красными пятнами. Рука его потянулась к кобуре, но Маркелов сильно сжал его руку в локте. Лейтенант посмотрел на товарища и, стараясь четко произносить слова, ответил Мусину:
– Я, капитан, выполняю приказ командования, а не драпаю, в отличие от тебя. Боец! Подойдите ко мне! – приказал он солдату.
Красноармеец козырнул и через секунду оказался рядом с офицером.
– Расстрелять!
– Как расстрелять, товарищ лейтенант? – удивленно переспросил его боец. На его лице появилась растерянность – Он же наш, русский, тем более офицер?
– К сожалению, он не наш. Офицеры и бойцы Красной Армии сейчас сражаются с немцами, а это – трус, то есть – враг. Он сбежал с поля боя, бросив своих солдат. Он дезертир, паникер и изменник. Исполняйте приказ.
На лице бойца читалась нерешительность. Он мялся с ноги на ногу, не зная, что делать с мужчиной дальше.
– Боец! Вы поняли мой приказ? – жестко произнес лейтенант. – Может, тоже хотите встать с ним рядом, за невыполнение приказа?
– Давай, вперед! – наконец-то выдавил красноармеец из себя и толкнул штыком в спину задержанного. – Пошел, кому говорю.
Капитан резко развернулся и посмотрел на Никитина.
– Лейтенант! Ты не можешь этого сделать, – произнес он. – Где суд, где трибунал? Я требую справедливости!
– Сейчас идет война и не до формальностей, Мусин. Примете смерть, как офицер, а не как тряпка.
Неожиданно для всех, капитан схватился за ствол винтовки, стараясь, то ли отвести его от своей груди, то ли вырвать ее из рук бойца. Вдруг раздался выстрел. Пуля пробила грудь Мусина и вонзилась в ствол дерева в десяти сантиметрах от стоявшего около него Никитина. Офицер, сначала опустился на колени, а затем повалился на землю.
– Ты, что? – тихо спросил Никитин у оторопевшего от всего этого бойца. – Ты же мог меня вот так просто убить?
У бойца, державшего винтовку, затряслись руки. Помимо того, что он впервые в своей жизни убил не врага, он еще при этом чуть не застрелил своего командира.
– Простите меня, товарищ лейтенант. Так получилось…
Вокруг их быстро собрались бойцы. Их взгляды были устремлены на труп человека, который лежал под кустом в какой-то неестественной позе, не свойственной живому человеку.
– За что убили? – спросил кто-то из красноармейцев.
Никитин поправил гимнастерку и сделал шаг вперед.
– Товарищи бойцы! Перед вами лежит тело бывшего капитана Красной Армии, который, поддавшись панике и немецкой пропаганде, дезертировал с фронта, оставив свой батальон. Он, похоже, рассчитывал, что ему удастся пересидеть это лихое время, где-то в теплом месте, пока его боевые товарищи будут драться с врагом до последней капли крови. Однако, не вышло. Советская власть покарала дезертира.
Лейтенант замолчал. Бойцы стали, молча, расходиться в разные стороны. Никто из них не пытался осудить действия своего командира. Шла война, и жизнь человека на войне потеряла свою стоимость.
***
Никитин открыл глаза и посмотрел на Маркелова, который приближался к машине, в кабине которой дремал лейтенант.
– Товарищ лейтенант, ваше приказание выполнено, – произнес он. – Машины к движению готовы.
– Подходы заминировали?
Маркелов замялся. Никитин сразу понял, что тот что-то не договаривает.
– Что еще? Да говорите же! – произнес лейтенант
Голос Никитина был тверд, как никогда.
– Мне что вас пытать, Маркелов?
– У нас ЧП, товарищ лейтенант, пропал Гатцук.
– Как это пропал?! Я же просил тебя приставить к нему бойца! Почему вы не выполнили моего приказа?
Маркелов замялся. Лейтенант был абсолютно прав, отчитывая его, как мальчишку.
– Что молчишь? Докладывай!
– Не знаю, было темно и бойцы не заметили, когда он исчез. Думаю, что он решил дезертировать. Пробовали поискать, но разве в темноте найдешь! – словно оправдываясь, ответил Маркелов.
– Срочно жгите машины, уходим! – приказал он младшему лейтенанту. – Уходим, пока он не привел сюда немцев!