– Что это? – спрашивает Мартин, вырывая Гофинга из задумчивости.
– Пожар.
К тому времени, как они добираются до города, гостиница «Коммерсант» вовсю полыхает. Половина верхнего этажа объята огнем, оранжевые языки вырываются из окон, на веранде клубится пламя, искры и дым от чудовищного костра, завихряясь, поднимаются в небо. Мартин ставит машину на обочине в дальнем конце улицы. Такая тонкость, как обычай парковаться задом, позабыта. Звуки из пивной словно крик боли, в котором смешались лязг металла, взрывы стекла, рев пламени. Дым отравлен зловонием: не чистое, пахнущее эвкалиптом разрушение степного пожара, а индустриальные пары крематория, от которых щиплет глаза и затуманивается зрение.
Эррол Райдинг и его добровольцы уже на месте, отблескивает в свете огня цистерна, бьет на здание из двух шлангов вода. Горожане, глазея с безопасного расстояния, перешептываются и показывают пальцами на отель. Пресса и телевидение пытаются пробиться вперед, съемочные бригады и фотографы, завороженные огненным зрелищем, позабыли о собственной безопасности.
Мартин подбегает к Эрролу, который мужественно сдерживает огонь, стоя возле бронзового солдата на постаменте. Статуя равнодушно повернута спиной к пожару, от бликов пламени на ней будто играют мышцы.
– Эррол, что случилось?
– Да кто его знает? Просто загорелось.
– Гостиницу спасти сможете?
Он качает головой:
– Вряд ли. Ветра нет, так что, возможно, что-то успеем вынести из здания. Основная задача – не дать пламени распространиться. Помоги Луиджи, ладно? Как в прошлый раз.
Мартин, кивнув, подходит и хлопает по плечу пожарного, который с трудом удерживает направленный на огонь шланг. Луиджи поворачивается – заметил. Взявшись за шланг в нескольких метрах позади, Мартин помогает его удержать, когда они переходят с места на место. Постепенно оба сдвигаются вправо, Мартин следует за Луиджи. Тот заливает воду в одно окно и перебирается к соседнему. Сама цистерна стоит на перекрестке. Луиджи огибает угол и оказывается напротив магазина Дженнингса. Горит лишь верхний ярус отеля, преимущественно угол и комнаты, выходящие на Сомерсет-стрит, но из-за огня на веранде весь второй этаж под угрозой.
Сзади подъезжает грузовик с цистерной: горящую траву потушить – вполне, а вот для чего-то подобного масштаба – маловато. Водитель бросает взгляд на пивную, жестом выказывает свое одобрение Мартину и сосредотачивается на галантерейном Дженнигса, поливая из шланга сначала нетронутую витрину, а затем крышу, чтобы защитить от искр.
Мартин поворачивается на протяжный визг металла. Веранда уже частично оторвалась. Эррол расхаживает перед фасадом и машет руками, отгоняя толпу и фотографов.
Где же Робби? Почему не помогает? Ну и жара, даже дурно. Последние соки из тела выжимает. Днем было настоящее пекло, а вечер едва наступил и пока не приносит желанной прохлады, к тому же от огня температура подскочила еще больше.
Из сутолоки выныривает Фрэн Ландерс; моргая от дыма, она идет сквозь толпу и раздает бутылки с водой пожарным и журналистам. На долю секунды их с Мартином взгляды встречаются. Одну бутылку, открыв, она вручает ему, а другую нетронутой оставляет у его ног. И двигает дальше. Часть воды отправляется Мартину в горло, часть – на голову. Какое облегчение! Но матерчатый шланг во второй руке уже не такой упругий, напор слабеет. Позади у грузовика группа мужчин подсоединяет кишку к пожарному крану. С ними Эррол.
– Две минуты, и струя снова появится. Отдохните… вон те ребята вас сменят.
Мартин с напарником отдают шланг. Луиджи отходит в дальний конец улицы и оседает в канаву. Фрэн поит его. Огонь завоевывает новую территорию. Пожарная бригада сдерживает его со стороны Хей-роуд, однако заднюю половину с пивной уже не спасти. Наверное, возгорание произошло там, ближе к концу здания, недалеко от апартаментов Эйвери Фостера.
Мартин обходит пожарный насос как раз, когда тот включается снова, чтобы подать воду в шланги, направленные на отель. Теперь основная цель спасателей – не позволить веранде рухнуть на дорогу.
Мартин бросает взгляд на дверь, ведущую на главную лестницу. Перед глазами проходят образы: лисья охота, люстра, пейзаж в летнюю бурю. Внезапно дверь распахивается, из дыма появляется Клаус Ванденбрак и следом за ним двое молодых и крепких полицейских, которые почти тащат на себе Робби Хаус-Джонса, обхватившего их за плечи. Констебль безудержно кашляет, сотрясаясь всем телом, лицо черно от копоти, одежда обгорела, на опухшие красные руки больно смотреть. Дотащив до безопасного места, парня усаживают на землю.