Виктор перевернул нас. Я лежала на спине, он был у меня между ног, его эрекция прижималась к моему центру. Я захныкала, но он проигнорировал жалкую реакцию, которую вызвал с моих губ.
– Где ты хочешь, чтобы она была? – спросил он.
Я подняла его правую руку с матраса, переплела свои пальцы с его пальцами и перевернула их. На этой руке только на его среднем пальце был нарисован маленький дракон. Остальные пальцы по-прежнему были идеальными пустыми холстами.
– Вот здесь. Чтобы я могла видеть её всё время.
– Что-нибудь конкретное?
– Что-нибудь радостное.
– Чашечку чая?
– Неплохо.
– Котята.
– Лучше.
– Мармеладные мишки.
– Идеально, – я улыбнулась.
Он вздернул подбородок, опустив глаза на наши сцепленные руки.
– Кольцо.
– Это... – дыхание вышло из меня единым свистом. Он не мог иметь в виду то, что я подумала. – Не та рука.
– Русские люди носят его на правой руке.
Он определенно имел в виду то, о чём я подумала.
– Если это твой способ сделать мне предложение...
– Мне не нужно делать предложение. Мы оба знаем, что это оно и есть.
– Значит, я даже кольца не получу?
– Хочешь кольцо? Я куплю тебе кольцо. Но я не прошу тебя выйти за меня замуж. Я не сделаю предложения. Нет никаких сомнений в том, будешь ты моей женой или нет. Нас невозможно отрицать.
– Мармеладного мишку на указательный палец, – сказала я. – И обручальное кольцо на безымянный.
– Хорошо.
– Я действительно хочу кольцо. Такое, которое можно носить.
– Хорошо.
– Моё свадебное платье будет розовым.
– Хорошо.
– Ты возьмешь мою фамилию, – сказала я. Губы Виктора приоткрылись, но с них не сорвалось ни звука, поэтому я продолжила. – Ты станешь частью моей семьи. Моим. К чёрту твоего дядю. К чёрту всех, кто думает, что имеет на тебя какие-то права. Ты мой.
Он слегка улыбнулся мне и кивнул.
– Хорошо, – прошептал он и снял с меня топ, прежде чем накрыть моё тело своим. Кожа к коже, любое пространство между нами уменьшилось, когда он, наконец, снова накрыл мой рот своим. Он так идеально прилегал ко мне, наши тела соединились во всех отношениях. Я хотела чувствовать его больше. Всего его. Но когда я попыталась дотянуться до его пояса, Виктор схватил мои руки и вдавил их поглубже в матрас рядом с моей головой.
– Попробуй раздеть меня ещё раз, и ты не выйдешь отсюда девственницей, – предупредил он и впился зубами в мою нижнюю губу.
Я захныкала от его слов и укуса.
– Я просто хочу чувствовать тебя.
Без предупреждения он яростно прижался своими бедрами к моим. Я могла чувствовать его. Каждый дюйм его тела, твердого и шершавого напротив моего центра. Между нами был только тонкий слой ткани. Новый электрический разряд пробежал по моей коже, и я прижалась к нему бедрами, добиваясь большего трения.
– Чёрт возьми, Корделия, как ты можешь... – он сжал губы, не давая себе закончить фразу.
– Что?
– Ничего.
– Что? – спросила я, не в силах сдержать смех, вырвавшийся из-под его глубоко нахмуренных бровей. Я протянула руку, чтобы разгладить маленькую морщинку над его носом. – Что случилось? У тебя такой вид, будто ты пытаешься выиграть в шахматы без жульничества.
– Мило, – он фыркнул и игриво цапнул меня за руку, ухитрившись прикусить зубами мою ладонь. – На самом деле ничего особенного. Просто я веду себя как идиот.
– Расскажи мне.
– Ты знаешь, чего хочешь. Я не удивлен, что ты не стесняешься в постели.
Я издала смешок.
– Прости, – выдохнула я. – Боже мой, ты можешь себе представить? О нет, Виктор, пожалуйста, твой эрегированный пенис так пугает. Не подходи ближе, а то я могу упасть в обморок.
Он рассмеялся. Я обнаружила, что единственное, что может быть лучше смеха Виктора, – это смех Виктора, исходящий из его груди в мою.
– Ты права. К чёрту это, – он всё ещё ухмылялся, когда наклонился, чтобы поцеловать меня.
– О нет, я теряю сознание, – пробормотала я сквозь поцелуй. – Моя бедная девственная душа развращается.
Прерывистое дыхание Корделии вывело меня из полудремотного оцепенения. Мои руки тут же крепче сжались вокруг неё. После нескольких часов разговоров, поцелуев, дремоты и наслаждения тем, как её тело прижимается ко мне, нервная дрожь в её груди прорвалась сквозь теплый уют её постели.
– Что случилось? – спросил я.
– Ничего. Возвращайся ко сну.
– Ты дерьмовая лгунья.
Она усмехнулась и уткнулась лицом в изгиб моей шеи.
– Кампания только что закончилась, – пробормотала она едва слышно.
Чёрт. Я совершенно упустил это из виду. Это объясняло её панические воспоминания о прошлой ночи. Конечно, её нервы взяли верх в ночь перед тем, как она стала официальным лицом своего фонда. Она провела слишком много лет, скрываясь, чтобы это не повлияло на неё.
Я взглянул на время. Чуть больше 10 утра. Она выбилась из графика, и это была моя гребаная вина. Я не только уложил её в постель, но и не позаботился о том, чтобы вовремя подать ей завтрак.
– Пойду принесу твой компьютер, – сказал я, но прежде чем успел пошевелиться, руки Корделии на моей талии окаменели.
– У меня есть телефон на всякий случай, но я взяла выходной.
– Завтрак?
– Мы можем просто остаться здесь ненадолго?
– Конечно.
– Есть кое-что, о чём тебе следует знать. – Корделия высвободила свои ноги из моих и села. Она оседлала одно из моих бедер, и я вспомнил её день рождения, когда она оседлала мою ногу и кончила прямо на мои джинсы. За исключением того, что это было лучше, потому что она всё ещё была обнаженной, и я никогда не устану от этого. У неё были мягкие изгибы тела, гладкая кожа и тонкие светлые волосы, которые заставляли её светиться на солнце, как чертов ангел. – Это насчет Сайласа.
Моё настроение резко упало.
– Не говори мне.
– Что?
– Ты голая в постели со мной, и тебе нужно рассказать мне о другом мужчине? Не думаю, что это то, что я хотел бы услышать.
– Я не...это не...Я имею в виду, мы с Сайласом не...
Я схватил её за шею и притянул к себе, заглушая её слова своим ртом. Она попыталась отдернуться – и застонала в мои губы, когда поняла, что я держу её мертвой хваткой. Её язык растворился в моём, бедра отчаянно изогнулись в ожидании трения. Чёрт возьми. Моей девочке нравилась грубость. Неудивительно, что она не сдержалась на беговой дорожке. Я был слишком мил.
Без предупреждения я перевернул её. Она ударилась спиной о матрас, воздух вырвался из её легких. Расположившись над ней, я приподнял её колено и погрузил палец обратно в её теплую киску. Шелковистая, влажная, и пульсирующая для меня.
– Виктор, – захныкала она. – Пожалуйста, мне просто нужно, чтобы ты...о боже.