- Это звучит как очень хорошая идея, - согласилась Берри, собственнически беря Араи под руку. - Ты так не думаешь, Хью?
- Я слишком косноязычен от смущения, чтобы ответить, - сказал ей Араи с медленной улыбкой.
- Что ж, нам просто придется поработать над этим. Давай - посадочный шаттл ждет!
- Э-э, простите, ваше мышачество? - сказал Веб Дю Гавел.
- Да? - Берри оглянулась через плечо на своего премьер-министра, который более степенно последовал за ней в вестибюль.
- Я понимаю, что некоторые вещи важнее других, но тебе не кажется, что сначала нужно кое-кого представить?
- Конечно, есть. Но именно поэтому ты здесь.
- Прошу прощения? - Дю Гавел приподнял бровь, а Берри сделала воздушный жест рукой, которому она также научилась у Кэти Монтень.
- Это что-то вроде министерского уровня, - сказала она с усмешкой. - Кроме того, это своего рода подлые штучки, которые действительно нравятся таким, как ты. В то время как я, - она прислонила голову к большому, крепкому, удобно расположенному плечу, - предпочитаю, гм, кое-что другое.
- Итак, вот ты где, Виктор, - сказал Веб Дю Гавел примерно через тридцать минут.
- А где, по-твоему, я должен был быть? - Каша развернул свое кресло лицом к люку комнаты для брифингов, не вылезая из него. Его совещание по планированию с Субри, Тривитиком и Тарковски продлилось дольше, чем ожидалось, как обычно бывает в подобных случаях.
- О, полагаю, я подумал, что вы могли бы присоединиться к Рут в "Увертюр", чтобы поприветствовать нас дома, - немного насмешливо ответил Дю Гавел.
- Я увижу всех вас сегодня вечером - ну, возможно, завтра - на вечеринке, которую Рут планировала на прошлой неделе, - сухо заметил Каша. - Кроме того, если бы я встал между Хью и Берри, я рисковал бы своей жизнью.
- Он так стремился увидеть ее, верно?
- Кто, черт возьми, говорил о Хью? Мы оба знаем Берри.
- Хорошее замечание. - Дю Гавел кивнул с широкой улыбкой. - С другой стороны, теперь, когда я вас разыскал, мне нужно представить вам пару человек. Это то, что Берри называет "чем-то вроде министерского уровня".
- Проводи их внутрь.
Каша махнул левой рукой в приглашающем жесте, в то время как его указательный палец правой руки нажал на кнопку, которая отключила схему звездной системы, которую изучали он и другие. Затем он отодвинул свой стул от стола в комнате для брифингов и встал.
Два человека в соларианской форме последовали за Дю Гавелом через открытый люк. Первая, женщина, носила форму контр-адмирала флота Солнечной лиги, а другой - форму жандарма Солнечной лиги. Майора в его случае.
- Виктор Каша, позвольте мне представить контр-адмирала Элизабет Роббинс и майора Ежи Скарлатти. Адмирал, майор - знаменитый секретный агент Виктор Каша.
Губы майора Скарлатти дрогнули, когда Каша слегка закатил глаза при слове "знаменитый". Выражение лица контр-адмирала Роббинс было восхитительно серьезным, когда она протянула руку.
- Офицер Каша, - сказала она. - Надеюсь, вы не воспримете это неправильно, но я много слышала о вас.
- Кажется, вокруг много чего происходит, - ответил Каша, пожимая ей руку.
- Рад с вами познакомиться, - сказал Скарлатти, в свою очередь протягивая руку. - Однако должен сказать, что вы не соответствуете изображениям в наших файлах.
- У вас в ваших файлах есть мои снимки? - Каша нахмурился.
- Ну, были визуальные записи из вашего досье, когда вы были назначены в посольство Народной республики Хевен в Старом Чикаго. И этот инцидент со "скрэгами" под Старым Чикаго", - отметил Скарлатти. - А потом был тот эпизод в Эревоне. Много фотографий из этого фильма. А потом...
- Я понимаю, в чем дело. - Каша с отвращением покачал головой и запустил пальцы одной руки в свои светлые волосы. - Я должен вернуться к чему-то более близкому к нормальному, но если я буду на обоях каждой службы новостей... - Он посмотрел на Тарковски. - И почему ты и твои друзья ничего не упомянули о моей дурной славе в Лиге?
- Это было давно. Мы не хотели ранить ваши чувства, - сказал космопехотинец и кивнул Скарлатти. - Рад тебя видеть, Ежи.
- Напивался в каких-нибудь хороших барах в последнее время? - спросил Скарлатти с улыбкой.
- Весь этот инцидент был лишь частью моей легенды, - ответил Тарковски.
- Конечно, это было так. - Скарлатти согласился с заметным недостатком искренности, и Тарковски фыркнул.