- Да поняла я. Из виду не выпускать. Глаз не сводить. Докладывать о каждом шаге. Я сто раз это слышала. В сто первый повторять не надо, - рычала блондинка в магофон, стараясь перекричать мелодию.
Неужели обязательно говорить отсюда? И все ради того чтобы сэкономить на связи? Тейта бесила эта полушпионка.
- До связи, - блондиночка недовольно шлепнула магофон на стойку. - Достал уже. И эта дура слезливая достала. Сколько можно ныть? Пора утонуть в собственных слезах, - зло ворчала девушка, крутя бокал с выпивкой. От нее во все стороны распространялись флюиды ненависти. К кому? Собеседнику или той, о ком только что разговаривали?
Мужчина перевел взгляд на танцпол. Хрупкая фигура никуда не делась. Она словно приросла к своему месту, полностью слилась с музыкой, пропиталась ею, излучая вовне боль и отчаяние.
Необъяснимое желание встряхнуть одинокую танцующую возникло у Тейта внезапно. Назло неприятной блондинке, что с таким отвращением отзывалась о своей подруге. Только подруге ли? Блонди не подруга, а надсмотрщица. За Тейтом один такой ходит, улыбается, в глаза заглядывает. Ждет когда сорвется. К счастью, не все такие как он. Остальные в глаза не смотрят, отводят. Надеются, что Тейт не запомнит. Зря. Память у него феноменальная.
Ноги мужчины сами понесли к фигурке, качающейся в центре танцпола. На нее уже указывали пальцами. В обществе не принято, чтобы столь открыто заявляли об одиночестве. Как бы плохо ни было, на лице следует держать маску. А иначе — изгой, отщепенец, отверженный.
Чем ближе Тейт подходил, тем острее чувствовал, что не зря. Со ним иной раз бывало - просыпались глубоко сидящие инстинкты. Не совсем человеческие. Сродни животным.
Вот и сейчас, еще не прикоснулся к незнакомке, а он уже знал, что будет дальше. Она будет его. Скоро. Не далее чем ночь сдаст свои права новому дню.
Глава 2
Элея
На моей руке сомкнулись чужие сильные пальцы. Властно потянули кисть вверх. Закинули руку за крепкую шею, буквально приказывая ухватиться покрепче, чтобы не упасть.
Только за что хвататься? Волос на затылке не оказалось. Их не было по причине выбритости до самой кожи головы. Пришлось хвататься за крепкое плечо.
Прическа, внезапно возникшего передо мной незнакомца, в первую очередь привлекла внимание. Такую дерзкую, бросающую вызов обществу, могли позволить себе единицы. Лишь те, кто не боялся осуждения общества. Кто не следовал законам. Не признавал нормы морали.
Вот Валдис всегда носил длинные волосы, почти до лопаток. Я сходила с ума по ним. Таким мягким, шелковистым. Он завязывал их в низкий хвост, считая свою прическу верхом аристократизма. Впрочем, Валдис и был аристократом до мозга костей. Что, впрочем, ему не помешало подать на развод, когда я стала неугодной.
Я немного отвлеклась от самого интересного. Незнакомец, чью лицо оказалось сложно разглядеть в свете мельтешащих во все стороны софитов, властно перехватил вторую руку, переплел наши пальцы. Перехватил меня поперек тела освободившейся рукой, притянул к себе, не обращая внимание на приличия, и повел в медленном танце, не особо следя успеваю я переступать ногами или нет.
Все это случилось настолько быстро, что даже не успела запротестовать. И когда собралась возмутиться подобной бесцеремонности и откровенному хамству, услышала хриплый голос, оборвавший гневные слова на подлете.
- Плакать можно по-разному: сидя в луже и размазывая слезы по лицу, или с высоко поднятой головой, идя навстречу льющемуся дождю. Первый вариант вызывает жалость, а второй зависть. Что выберешь ты?
Поперхнулась.
Мужчина точно угадал мое состояние, в которое должна была впасть через несколько мгновений. Именно так заканчивались все мои размышления на тему прошлой жизни. В соплях и слезах. Я рыдала, Лилья успокаивала. Алкоголь прекрасно притуплял чувство собственного достоинства. Собственно от него остались сущие крохи. А незнакомец сумел их задеть, да так, что стало обидно, до боли. А вместе с болью пришла злость. Именно она вытянула позвоночник, задрала голову вверх, расправила плечи, настроила на борьбу.
- Так-то лучше, - довольно произнес мужчина, резко отталкивая меня от себя, заставляя крутануться на месте.
Падать на танцполе не страшно. Все проходили через это. Такие мысли пришли в голову пока летела, думая, что через миг окажусь лежащей на полу. Но нет. Не случилось.
Мужчина оттолкнул, но не отпустил. Рука сжимающая запястье не разжалась. Не позволила упасть и сила удерживающая ногу на полу. Не моя сила. Чужая.
Снова рывок и я вновь в стальных объятьях.