— Привет, — осторожно сказала Лейла. — Ты как?
Наина подняла глаза, и её зрачки странно задёргались.
— А Николай, правда, умер?
— Что прости?
— Капитан. Он был со мной и упал, а я убежала. Мне сказали, что он умер. Это правда?
Лейла вздрогнула от такого откровения.
«Получается, что это просто несчастный случай, а почему тогда напала Тамара? Или у неё просто была вспышка агрессии, как раньше в столовой? Ничего не понимаю».
— Да, Николай умер, но тебя никто не обвиняет…
— Не правда! — неожиданно закричала Наина. — Он жив! Я не буду одинокой! Мы купим дом и будем жить долго и счастливо, долго и счастливо, долго…
Она стала раскачиваться из стороны в сторону, а её голос опустился до шёпота.
Лейла сделала шаг назад и, пятясь, вышла из столовой. Всё происходящее стало походить на кошмарный сон, а её голову наполнили плохие мысли.
«Спятила, как Семён, да что происходит!»
Оперевшись о стену, она попробовала собраться с мыслями, но её отвлёк звук шагов. Секунда, и появился Вячеслав с мотком проволоки в руках.
Шаркая ногами, он подошёл к девушки и, не моргая, посмотрел на неё.
— Нужно держать дверь закрытой, иначе она убьёт нас всех.
Парень произнёс это невероятно спокойным голосом и, не дожидаясь ответа, пошёл дальше.
— Да чтоб тебя! — выругалась Лейла, бросаясь за ним. — Постой!
Но Вячеслав не стал ждать, а остановился только возле двери в грузовой отсек. Там он положил на пол принесённую проволоку, а затем стал наматывать её вокруг пульта управления. Казалось, парень пытается таким образом заблокировать дверь, и его действия были вполне логичными. Вот только слева в стене зияла оплавленная дыра.
Кто-то пробил её изнутри, и теперь пройти не составляло труда.
— Слава, — тихо спросила Лейла, — а кто за ней?
У парня сразу участилось дыхание, а глаза забегали, как у сумасшедшего.
— Тамара, она мужиков ловит и убивает, я слышал крики. Жуткие крики. Я один, а она сильная. Нельзя её выпускать.
Вячеслав продолжил своё бесполезное занятие, а Лейла заглянула в дыру. Похоже, её пробили взрывчаткой вроде той, что использовали на астероиде. И если в коридоре было лишь небольшое отверстие, то внутри оказалась огромная воронка.
Аккуратно пробравшись мимо кусков обшивки, девушка пошла вдоль грузовых контейнеров. Многие оказались вскрыты, и теперь их содержимое беспорядочно валялось. Одежда, электроника, хозтовары, всё лежало разноцветными кучами, а в дальнем углу отсека было организовано что-то вроде квартиры.
На полу лежало несколько ковров, стояли сделанные из мешков с одеждой кресла, стол, стулья и кровать с лежащей на ней Тамарой. Ещё большее удивление вызывали прикованные цепями Валерий и Артём. Похоже, боцману надоело кого-то упрашивать, и она просто сделала себе рабов.
У Лейлы глаза расширились от осознания дикости подобной ситуации. Всё её нутро буквально вывернулось наизнанку, и ей понадобилось несколько минут, чтобы прийти в себя.
На её счастье, все они спали. Тихо поставив сумку, девушка достала из неё шприц со снотворным, а затем ещё один. У изменённых людей метаболизм работал несколько по иному, и обычной дозы могло не хватить.
Собравшись с духом, Лейла медленно пошла к кровати. Она преодолела большую часть пути, когда заметила, что Тамара не спит. Её глаза смотрели прямо на девушку, и у медика побежали по спине мурашки.
— Чего крадёшься? — громко спросила боцман. — Иди сюда, что там у тебя?
— Я, это, ну, — бессвязно залепетала Лейла, но затем сообразила и выпалила. — На корабле вирус, нужно принять лекарство.
— Серьёзно? То-то я смотрю, все какие-то пришибленные.
Тамара встала и пинком разбудила Валерия.
— Просыпайся, лечиться будем, а то совсем слабак и пары раз не можешь. Вот вернусь на Землю и заведу себе гарем нормальных мужиков.
Она истерически засмеялась, а затем мешком осела на пол. Смех сменился всхлипами вперемешку с бульканием, и раздался крик.
— Я совсем одна! Почему я так одинока! Одна! Одна! Нет никого, кто меня любит! Я хочу свободы и покоя!
Лейлу передёрнуло от такой резкой смены настроения, но она нашла в себе силы подойти.
— Всё хорошо, это просто заболевание, давай я тебе помогу, — она погладила Тамару по волосам, а та заревела, как брошенная невеста.
— Одна, одна, одиночество, — её словесный поток не иссякал, и, воспользовавшись ситуацией, Лейла сделала укол.
Боцман никак на него не отреагировала, лишь её голос становился всё тише и тише, пока она не вырубилась.
— Она жива? — спросил проснувшийся Артём, и медик кивнула.