Внезапно раздался резкий взрыв на улице, и меня откинуло назад, как пушинку. Лишь почувствовала, как бьюсь спиной и головой о стену, а затем все вокруг потемнело. В ушах зазвенело, и мир вокруг меня стал неясным. А потом тупо отключилась.
Глава 2
Наши дни.
Наши дни.
Солнце стояло высоко в зените, и даже если мне хотелось задержаться здесь чуть подольше, погружаясь в воспоминания, я понимала, что необходимо двигаться дальше. Я пришла сюда, чтобы попрощаться с прошлым, и только.
Выдохнув дым из легких, я затушила окурок о стекольную раму. В последний раз взглянула на «новый мир» с высоты птичьего полета, но заметила движение всего в трех улицах от этого здания. Резко присев на корточки, я осторожно отступила на пару шагов, прячась за остатками старого письменного стола.
Вытянув руку, я достала бинокль, который нашла пару недель назад, убив очередного мутировавшего и сняв с него рюкзак. Это устройство привлекло мое внимание — компактный, с одним глазом, но с функцией ночного видения. Наверняка, это была дорогая вещь — сейчас за такую убьют и не подавятся. А в условиях, когда окна в зданиях полностью разбиты под натиском волн, видимость и просвет остаются хорошими.
Прижала бинокль к правому глазу и начала внимательно наблюдать за улицей. Важны были каждые мелочи, каждый шорох и каждое движение. Этот мир стал опасным, и теперь необходимо было быть предельно осторожной. Мои старые привычки больше не работали — каждое действие требовало тщательного обдумывания, просчета и учета возможных отходных путей.
Выглянув из укрытия, я начала приближать интересующее меня место и с облегчением выдохнула. Мутировавший первого уровня. Один. Похоже, он оторвался от собратьев или только возродился. Однако, подождав немного, я заметила, что за ним на некотором расстоянии следуют еще пара особей. В любом случае, до пяти существ — это не так уж и опасно. А вот если их больше, то там уж как повезет.
Новички медленные, реагируют лишь на шум или запах крови. Если сидеть тихо, они пройдут мимо и не заметят. Эх, знали бы это люди раньше, выживших было бы гораздо больше. Я вспомнила, как многие паниковали, не понимая, что происходит, теряли голову и бросались наутек, прямо в объятия своей смерти.
Я не стала подниматься в полный рост, пригнувшись, начала двигаться к выходу. Сделав несколько шагов, мой взгляд зацепился за разбитую рамку фотографии, и я не смогла удержаться, чтобы не взять её в руки. На снимке была женщина с коротко стриженными белыми волосами, уложенными гелем назад, в экстравагантном белом платье в пол, улыбающаяся во все свои тридцать два винировых зуба. Талия была подчеркнута черным кожаным корсетом. Она держала в руках кубок и грамоту за достижения в сфере фотографии, Хассельблад.
Я очень радовалась, когда пришло письмо с приглашением в Швейцарию для его вручения. Все это было возможно благодаря международной выставке, на которую приняли и мои работы. Счастливое было время. И да, на фото — это была я. Прошлая я. А это помещение когда-то было моим офисом. Я поставила рамку на остатки рабочего стола, по направлению к окнам, чтобы та счастливая женщина могла увидеть свой последний закат, перед тем как и этого напоминания о «высокой» цивилизации не станет. Я же, больше не она.
С этими мыслями я сделала шаг назад, оставив позади воспоминания о том времени, когда мир был другим. Простым и понятным. Спокойным. Когда из открытых окон слышался смех, а моя голова была забита лишь работой, а дни любимой рутиной.
С того злопамятного дня прошло всего три месяца, а кажется, будто целая жизнь. Я изменилась до неузнаваемости, и внутренне, и внешне. Волосы больше не блестят на солнце, ведь шампуни хоть и присутствуют в огромном количестве на полках магазина, воды катастрофически не хватает. Приходится экономить. Ближайшие реки обмелели, подача воды в здания давно прекращена. Остались только запасы в бутылках, и каждый глоток становится на вес золота. Я перестала чистить зубы два, а то и четыре раза в день. Про эпиляцию вообще забыла. О ванной и мечтать не приходится.
Теперь мое тело покрывают шрамы. Один длинный порез на щеке, кошмарный укус на шее, руке и ягодице. Чертов мутант оставил самый обидный след, вцепившись своими гнилыми зубами в мою левую ягодицу. Пока заживал, я прошла, кажется, все круги ада. Ни присесть, ни встать. Пару пулевых ранений и несколько ножевых достались от стычек с людьми. Каждый из них напоминает мне о борьбе за выживание, о том, что я пережила и как изменилась.
Я в страшном сне не могла представить, что стану главным героем блокбастера про апокалипсис. Из бизнес-вумен и фотографа я превратилась в убийцу и охотника на мутантов. Каждый день — это борьба, каждый шаг — риск. Теперь главная задача — научиться выживать в новых условиях, адаптироваться к опасностям и находить выход из самых сложных ситуаций. Каждый миг — это испытание, и ты не можешь позволить себе расслабиться. Этот мир стал жестоким, серым, с яркими пятнами крови и кишок на асфальте.