— Я... — раздается громкий звук похожее на шлёпание, а вслед стон. Её ударили.
Паника. Неимоверная паника завладевает меня с ног до головы.
— Кассандра? Кассандра, что там происходит?!
— Она немного занята и не может говорить, придётся со мной, дорогая.
Мужской голос по ту сторону телефона режет слух, как острое лезвие. Нет, только не это.
— Ты хотела узнать, где она? Я тебе скажу ответ, она не в самом лучшем месте, даже скажу так, она окажется не в самом хорошем месте, если ты не будешь послушной девочкой, и не будешь выполнять то, что тебе скажут. А теперь ответь мне, ты будешь послушной?
Сжимаю челюсть, слыша собственный скрип зубов.
— Где моя подруга? — сдавленно подаю голос.
— Нет, так не пойдёт. Ты уже не слушаешь меня. Я сказал, делай то, что тебе скажут, получи свою подругу живой и невредимой. Даю тебе время до завтрашнего вечера, хотя у тебя нет выбора, но я очень добрый сегодня. Так что иди домой, проведай маму, прими душ и выспись хорошенько. Потом не будет возможности на всё это. Поняла?
Не могу произнести ни слова, смотрю вперёд и ничего не вижу. Ощущаю на своих пальцах прикосновение девушки.
Внезапно раздаётся приглушенный крик через телефон, и я вздрагиваю.
— Не делай ей больно, ублюдок! Хорошо! Я всё сделаю, как ты скажешь, отпусти Кассандру! — уже срываюсь на плач.
— Так бы и сразу, дорогая. Жди моего сообщения на этот номер. Желаю последней спокойной ночи, которой больше у тебя не будет. Ах да, ещё одно, только попробуй провернуть глупость, позвонив своим тупым полицейским, они тебе ничем не помогут, а подругу уже никто с того света не вернёт! — с этими страшными словами он отключает телефон, оставляя меня рыдать от боли.
Странно сидеть и плакать, прокручивая в голове всё произошедшее. Всё было ведь под контролем в начале вечера, мы хотели впервые уделить себе время на веселье, отстранить свои мысли от всяких хлопот за все три года. И вот что мы получили. Словно сама вселенная издевается над нами двумя подругами, очередной раз напоминая о том, что мы никогда не сможем жить как другие. Обязательно нужно что-то пережить и испытать, чтобы убедиться в своей неудаче. Но до такого я не додумывалась. Это слишком жестоко даже для таких неудачниц, как мы.
— Что нам теперь делать?
Устало поднимаю голову, смотря на красивую девушку с веснушками на милом личике. Объяснять нечего, они уже всё поняли.
— Делать то, что сказали. Быть послушной девочкой. — без колебаний отвечаю.
Истерика ничему не поможет. А если на кону жизнь моей подруги, о страхе даже не может идти и речи.
Глава 5
Смотрю на телефон в руках так, будто она может взорваться в любой момент. Нервозно постукиваю большим пальцем по экрану, и прокручиваю все в сознании снова и снова, и я правда пытаюсь поймать кончик сорванной нити, хоть малейший знак причины, по которой мы с Кассандрой попали в такую пучину небытия.
Как назло нет никаких колоколов с подсказками. В голове всё так противно шуршит-шумит, что я без понятия за что ухватиться, за каким голосом следить. Кромешная тьма. И это не обычная темнота, когда тебя в комнату без окон заперли и оставили там без пищи и еды. Нет, я нахожусь прямо посередине океана, заключенная в царстве стихии, против которой никто не в силах противостоять.
Одинокая.
Неведомая.
В водовороте, с каждым мигом утягивающем в глубину своей невозвратной черноты.
Вот это тьма.
Словно меня наказывают в том, чего я не совершала. Или совершала, но упустила из внимания. Хочется винить себя, повырывать себе волосы на голове, кричать на себя, но толку? Глупо корить себя в ошибке, о которой не знаешь. Не вижу во всем этом смысла. Он просто отсутствует. Лишь мысли о Кассандре, это всё, что имеет значение.
Где она? Всё ли с ней в порядке? Как она себя чувствует? Страшно ли ей сейчас? О чём думает...
— ... и светлые волосы. Отмотай воспоминания назад, ты видел её?
Сердце пропускает удар, когда слышу знакомый голос.
Пол.
Боже мой, почему он так быстро пришёл в себя? Я рассчитывала на большее время. Но он как с цепи сорвавшийся, ходит и описывает внешность и допрашивает всех вокруг, видели ли девушку. Меня.
Хорошо, что я на заднем сиденье, это даёт мне возможность укрыться от глаз долой. Моментально ныряю в полик, и впервые проклинаю свои длинные ноги. Мне жутко неудобно согинать их в таком тесном пространстве. Цепляюсь за кожаную спинку и устремляю взор в ту сторону, откуда послышался разговор.
Он уже допросил охранника про меня? Я уверена, что он чётко запомнил мою внешность. Судя по его удивленному выражению, когда увидел мою слегка побитую физиономию.