Закончив с лицом, глубоко вздыхаю. Так, нужно успокоиться. Рассматриваю свою одежду, опасаясь, что она может порвана где-то, но не заметив ничего такого, успокаиваюсь. Рукой ощупываю кожу сиденья, и хватаю телефон, но на последнем моменте замираю. Стоп. Но телефон ведь не мой...
— Телефон естественно останется у тебя, — Катерина словно прочитав мои мысли, уверяет меня.
— Я обязательно верну её. Как только найду подругу. Обещаю.
— Конечно. Мы найдём её.
Киваю на её слова, но потом до меня доходит, что она сказала.
— Подожди, ты сказала мы? — хмурюсь я.
— Ну да, мы. Ты же не думала, что после всего этого будешь одна?
Меня немного шокируют её размышления. Она что, собирается спасать Кассандру вместе со мной?
— Катерина, я правда ценю твою доброту, знаю, что ты хочешь мне помочь, но я не могу рисковать, понимаешь? Ни тобой, ни Кассандрой, ни с кем либо другим. Я должна сделать это одна.
— Но...
— Любимая, — Марк кладёт руку ей на плечо, слегка протирая это место. — Мия права, дальше она должна действовать одна, иначе всё может пойти не так, как хотелось бы.
Девушка переводит взгляд на парня, и я вижу, как она часто дышит. Здесь что-то не так.
— Марк, ты не понимаешь, мы обязаны помочь им. Я не смогу бросить её в такой трудный момент...
— Я тебя прекрасно понимаю, но мы не можем. Иногда даже если трудно, приходится всё равно оставлять всё как есть, чтобы это не привело к окончательному краху, — его вторая ладонь накрывает её щёку.
Катерина прикрывает глаза, сжимая запястье парня. Что с ней такое? Видимо, людям с добрым сердцем и вправду приходится тяжело.
Подаюсь вперёд, оказываясь лицом к лицу с ней.
— Я обещаю, с нами всё будет хорошо. И мы встретимся снова, если захочешь. В конце концов, я должна вернуть тебе твой телефон, помнишь? Я знаю одно место, где готовят отличные круассаны. Так вот, когда я верну подругу, мы соберемся, и все вместе отметим наше новое знакомство, как тебе идея? Кстати всё это будет за мой счёт...
— Ну уж нет, что за бред такой. Позволить платить девушке, когда есть парень? Да никогда в жизни. Тем более рядом со мной. Так что нет, оплачивать буду всё это я.
Видимо, Марку удаётся разрядить обстановку, потому что Катерина шутливо шлёпает его по руке.
— Ладно. Уговорили. Но учтите, я съем целых четыре.
Нами овладевает смех. Марк целует свою девушку в кончик носа, а я открываю дверь машины.
— До встречи, ребята.
— До встречи, Мия, — уверенным тоном, одновременно отвечают они.
Перед тем как уйти, я в последний раз заглядываю в салон.
— Спасибо, — искренне благодарю, смотря в лица людей, которых успела полюбить, и закрываю дверцу.
Машина отъезжает, а я захожу в подъезд, поднимаюсь на лифте в свой этаж. Время на часах час ночи, и как-бы мне не хотелось звонить в дверь, придётся это сделать. В связи с тем, что я потеряла сумку и ключи от дома, естественно не могу открыть дверь другим способом.
Набираю в грудь побольше воздуха и нажимаю на кнопку звонка. Дверь открывается практически сразу, и за ней показываятся запыханное лицо мамы.
— Боже, Мия, я чуть с ума не сошла. Почему так поздно? Ты видела время? Не понимаю зачем тебе этот мобильный, если ты им не пользуешься даже по таким мелочам, как следить за временем. Я уже молчу о том, что ты не поднимаешь эту трубку!
На меня сыпятся самые прекрасные недовольства в моей жизни. Какой же я дурой была раньше, когда отмахивалась от этих её претензий.
Больше не выдерживаю и бросаюсь в её объятия, крепко сжимая мягкое тело в руках.
— Доча, в тобой всё в порядке? — обеспокоенно спрашивает мама.
Отрываюсь и натянуто улыбаюсь ей, еле сдерживая слёзы.
— Всё хорошо, захотелось обнять тебя. Это что-то не законное?
Прохожу мимо неё, намереваясь пройти в свою комнату, но мама останавливает меня, придерживая за локоть.
— Мия, прости, что накричала. Я волнуюсь, как мама, пойми. — останавливаюсь, но не решаюсь обернуться.
— Мам, я не обижаюсь, просто мне нужно в душ и хочу поскорее лечь спать. Завтра рано на роботу, ты же знаешь.
— Да, ты права, доча. Но мне правда было уже страшно, почему ты так поздно. Праздник затянулся? Вы повеселились?
Прикусываю губу, пытаясь сохранить невозмутимость в голосе.
— Очень. Давно так не отрывались, хоть и вернулись поздно. Но сейчас я дома, а это самое главное, не так ли?
— Ну что за вопрос, конечно это так. Надеюсь, Кассандра тоже благополучно добралась? Наверное за неё тоже волновались, ладно уж я, у неё то бабушка, в возрасте женщина, небось перенервничала знатно.
Это напоминание обрушивается на меня как ушат ледяной воды. Ее бабушка. Господи, дай мне сил не грохнуться прямо посреди гостиной, перед мамой. Я не выдержу всего этого.