Но сейчас я не смог себя остановить. Инстинкты сработали сами по себе. За дни скитаний я действительно одичал. Огрубел не только физически, но и душевно. Ни бедные рыбки, которых я ловил практически ежедневно, ни черепахи, ни даже мать Уислона не вызывали у меня душевных мук после их убийства. Но сейчас мне стало не по себе. Я очень быстро понял, что забрал человеческую жизнь. Просто вот так вот — как пальцами щёлкнуть. Был человек — и нет человека. Нет потому, что так решил я. И даже то, что я защищался, не могло меня успокоить. Я печально смотрел на разрубленное тело и не находил себе оправданий.
— Сволочь! Ты что натворил!? — визгливо вскричал один из мужиков и схватился за голову. Он и его напарник непрерывно орали и с ужасом смотрели на погибшего.
За их спинами раздавались множественные звуки. Там опять кто-то бежал. Я расслышал топот множества ног, невнятные возбуждённые голоса, крики. Через несколько секунд из леса на небольшую полянку выскочили с десяток человек, которых возглавлял дородный мужчина с зализанными на затылок коричневыми волосами. В висках виднелась седина, а в левой руке — грубый деревянный щит. Рядом с ним находились вооруженные таким же доисторическим оружием люди, а из-за спины крайнего с опаской выглядывала там самая испуганная девчушка. Её глаза уже выглядели не такими испуганными, но вот голосила она так же. Вцепилась в плечо одного из мужиков, смотрела на кровавое месиво и пищала.
— Замолчи, Дейдра! — скомандовал грозный шатен. — Какого дьявола здесь происходит!?
В мою сторону тут же были направлены копья с острыми железными наконечниками и я, уже не сомневаясь, вновь активировал щит. Закрылся им как мог, но нападать на меня никто не собирался. Каждый в толпе выпучил глаза и раскрыл рот. А их главарь неожиданно выдал.
— Господи Иисусе!
Он обознался, конечно, но эта ошибка не заставила меня расслабиться.
Где-то недалеко раздался столь знакомый рык: пропадавший непонятно где Уилсон торопился на помощь. Он спрыгнул со ствола и в несколько прыжков подскочил ко мне. Принял героическую позу, словно царь зверей, и зарычал.
— Не-ве-ро-ятно, — протянул кто-то в толпе. — Это же матан!
Кто такой матан я понятия не имел, но быстро сообразил о ком они. Их главарь, казалось, был удивлён больше всех. Но он смотрел совсем не на котёнка. Он смотрел на меня. На меня и мой щит. В конце-концов он нашёл в себе силы оторвать взгляд и посмотрел на тело Уная.
— Что здесь произошло?
— Это аниран, — всхлипнул бородатый Имхад. — Аниран убил его.
— Аниран…
— Это аниран!
— Это действительно аниран, — зашептались между собой люди и поспешно опустили оружие. Ни одного копья, ни одного дротика, ни одной дубинки не было направлено в мою сторону. А единственный лучник в этой толпе, — патлатый парень с колчаном за спиной — медленно убрал лук.
— Зачем? — брови предводителя согнулись печальной дугой. — Зачем ты это сделал?
Я не сразу понял, что это он ко мне обращается. Я обводил толпу злым взглядом и ожидал подлянки от каждого. Уилсон был согласен со мной во всём, рычал, показывал коготки и махал лапкой.
— Вот этот хотел отобрать мой перстень, — наконец сказал я и кивнул на поверженное тело. — Они трое даже разобрали, что он золотой.
— Брион, это правда? — нахмурившись спросил главарь.
— Мы ж не знали, что так выйдет, — ответил мужик, стоявший по правую руку. Второй продолжал всхлипывать и никак не отреагировал на вопрос.
— Вы напали на анирана, безумцы!? — воскликнул гигант с добродушным лицом деревенского увальня, державший огромными ручищами острозаточенную косу.
— Дейда закричала. Мы думали, он её… А потом кольцо заметили. Никто не ожидал, — склонил голову Брион и пожал плечами.
— Он на тебя напал, Дейдра?
— Нет, — раздался тоненький голосок из-за могучей спины. — Просто испугал. Подкрался незаметно, я и перепугалась…
— Дьявол, — главарь устало потёр брови. — Так глупо лишились бойца… Незнакомец, — обратился он ко мне. — Успокойся пожалуйста. Убери… оружие. Мы не причиним тебе вреда. И, надеемся, ты не причинишь его нам. Скажи мне, откуда ты здесь? Как нас нашёл?
— Я никого не искал, — пробурчал я, исподлобья его разглядывая. — Просто долго шёл в одиночестве и набрёл.
— Ты приручил матана? Каким образом?
— Никого я не приручал.
Главарь облизал губы, передал плохонький щит одному из удивлённых подручных и примирительно развёл руки.