Котёнок расстроенно мяукнул, не соглашаясь со мной. Я потрепал его по спине и без разрешения сорвал сушёную рыбёшку с вязки.
— Это будет твой ужин, — сказал я. — Только не рычи там ни на кого. Хорошо?
Я сунул ему рыбу в зубы, взял на руки и покинул избу. У столового пня Джона Казинса остановился, осторожно присел на чурбан покрытый куском шкуры, и выпустил котёнка. Он примостился у моей правой ноги и недоверчиво смотрел по сторонам.
— Ты знаешь, что матаны — телепаты? — Джон внимательно проследил за моими действиями и слегка улыбнулся, когда котёнок захрустел рыбьими костями.
— Да, знаю, — утвердительно кивнул головой я. — Он прекрасно понимает речь и иногда проецирует в моей голове всякие картинки, когда хочет, чтобы я его понял. А иногда… Иногда он помогает заснуть. Словно забирается мне в голову и убаюкивает… А ты, Джон, откуда это знаешь? Ты ведь говорил матаны обходят лагерь стороной.
— Рассказывали местные жители, — пожал он плечами, принял две миски перловой каши из рук Ненеи и одну подвинул ко мне. — Ешь, не стесняйся… Матан — опасный хищник и ни у кого не получалось его приручить, — продолжил он затем. — Но он единственный кто близок к понятию домашний питомец. Вся остальная фауна на этой планете куда более агрессивная… Я не знаю точно, было ли так всегда, или это случилось после того, как в небе загорелась звезда, но все наши попытки одомашнить птиц или мелких животных заканчивались ничем. В неволе, рядом с нами, они становились просто невыносимыми и бросались на всех, будто от каждого человека исходила смертельная опасность. Я видел своими глазами, как птицы, которых мы держали в загоне и щедро сыпали ячмень, яростно пытались вырываться на свободу и убивались в тщетных попытках. Они не ели, не пили и всячески отказывались иметь дело с людьми. И только матаны никого не боялись, хотя тоже предпочитали держаться подальше. Я видел, как они издали наблюдали за нашими действиями и нам даже пришлось коз запирать, пока не удалось их отвадить. Так что мне очень интересно каким образом ты смог приручить матана. Где ты с ним повстречался?
Неторопливо пережёвывая кашу, так как голода не чувствовал, я поведал историю знакомства с Уилсоном. Смотрел по сторонам, смотрел на людей в лагере, наблюдал за котёнком, который хрустел сухой рыбёшкой, и рассказал абсолютно всё. Ничего не утаил.
— Странно, — резюмировал Джон. — Тебе пришлось убить его мать, а он к тебе привязался? Ничего не понимаю.
— Но я же потом его спас. И делал это не один раз, — я наклонился и похлопал Уилсона по пушистой спинке. Тот закончил ужинать, тихо лежал у моих ног и, казалось, внимательно прислушивался к разговору. — Мы оба друг друга спасли… В каком-то смысле.
— Значит, между вами есть какая-то связь, — Джон отправил очередную ложку каши себе в рот. — Я никогда не видел матана так близко и не предполагал, что он может быть таким спокойным. Это значит, что тебе он доверяет абсолютно. Хоть сейчас его, по-большому счёту, окружают враги, он спокоен и не нервничает. Я уверен, если бы на тебя сейчас кто-то решил напасть, матан не сомневаясь встал бы на защиту.
После этих слов Уилсон занервничал. Перестал лежать и стал на лапы. Уставился на Джона жёлтыми глазами и тот присвистнул:
— Воу! Невероятно!
— Что? Уилсон, успокойся. Джон шутит. Тут нет наших врагов, — я опять похлопал его по спинке.
— Он точно телепат! — улыбнулся Казинс. — Я почувствовал исходящую от него угрозу. На секунду мне показалось, что он бросается на меня и смыкает клыки на горле! Впечатляет. Как, ты говоришь, его зовут?
— Уилсоном назвал.
— Эй, Уилсон, — Джон добродушно развёл руки в стороны. — Я буду последним дураком, если решу напасть на такое чудо природы, как ты. Не говоря уже о том, чтобы напасть на твоего хозяина. Давай дружить? — он протянул руку, но котёнок не поддержал начинания. Он затряс головой, словно отказываясь от предложения, и прижался к моей ноге. — Вот это да! Эх, мне бы такого друга. Может, попробовать как-нибудь молодой помёт отыскать? Вдруг, выйдет что…
Джон задумался, а я ещё раз успокаивающе погладил котёнка. Затем взял его на руки и посадил к себе на колени.
— Знаешь, кстати, как они охотятся?
— Видел, конечно. Этот карапуз просто мастер охоты на птиц. Если лазает по деревьям, без добычи не возвращается. На земле, правда, результат пока не столь впечатляющий.
— Мне рассказывал наш бывший заводчик — мир его праху, — что матаны гипнотизируют жертву. Пытаются поймать взгляд хотя бы на секунду и смотрят внимательно. Жертва замирает и остаётся парализованной. Это даёт время приблизиться и совершить решающий прыжок. Потому охотники из них великолепные — никто не может сопротивляться взгляду матана.