Глава 20
За бараком, возле тропики к туалету начиналась мёртвая зона: штабеля ящиков, какие-то бочки, железные ребра какого-то разобранного каркаса. За штабеля тоже вела тропинка, не сильно натоптанная, но хорошо видимая. И какого черта меня понесло глянуть, куда же она ведет… Подумал — вдруг чего интересное и полезное найдется. Ящики со сгущенкой, например. Дебил…
Я вынырнул из-за стопки ящиков и остановился как вкопанный. Там они и сидели. Пятеро. Устроились за штабелем, будто на пикнике. На перевёрнутом ящике стояла бутылка водки, рядом валялась раскрытая банка тушёнки и куски хлеба. Один курил, другой ковырял ножом крышку консервной банки, третий сидел, расставив ноги, и кивал в такт музыке, которая едва слышно разносилась из наушников кассетного плеера. Еще двое что-то негромко обсуждали между собой.
Дембеля. К гадалке не ходи. Кто ещё будет водку пьянствовать на пересылке? Впрочем, это было видно не только по их наглому поведению, но и по десятку признаков, знакомым каждому солдату Советской Армии. На головах пышные шевелюры, чубы, почти у всех усы. Форма расстегнута чуть ли не до пупа, ремни болтаются «на яйцах». Под бушлатами почти не видно курток «афганок», но наверняка на груди у каждого полно значков, а быть может даже медалей. У того что с плеером, из-под ворота расстегнутого бушлата взглядывает треугольник тельняшки. Десантура.
— Сорян братва, поворотом ошибся. Не отвлекаю — Поднял я руки, признавая свою ошибку, и развернулся что бы уйти.
— Опа, — сказал тот, что курил. — Смотри-ка пацаны, на ловца и зверь бежит. Ну-ка иди сюда.
Я остановился.
— Мне в сортир. Это видимо в другой стороне.
— Всем туда надо, — лениво ответил он. — Только сначала сюда подойди.
Я не подошёл. Они переглянулись. Один усмехнулся, другой сплюнул на землю. Только бойцу с плеером казалось плевать на всё вокруг, в том числе и на меня.
— Глухой, что ли? — спросил мой собеседник уже тише. — Подойди, говорю.
Я сделал два шага, но не к ним, а чуть в сторону, чтобы выйти из-за стены, сложенной из ящиков, и чтобы меня можно было увидеть с тропинки ведущей в туалет.
— Чего надо? Давайте быстрее, а то у меня уже клапан срывает.
Тот, что игрался с ножом встал и посмотрел на меня с интересом.
— Надо, чтобы ты, молодой, сбегал в чипок. Родишь нам закуски и сигарет. Дедушки после госпиталя, нам самим ходит так далеко доктора запретили. У тебя пятнадцать минут. Понял?
— Нет.
— Чего «нет»?
— Не понял.
Они снова переглянулись. Теперь уже без улыбок.
— Ты чё епта? — спросил тот, что с ножом. Нож он крутил в пальцах неумело, больше для вида. — Борзеешь душара. Какая команда, откуда⁈
— А тебе нахрена эта информация? — Я покачал головой, не собираясь подставлять ещё и пацанов — Решил на меня пойти офицерам пожаловаться? Ну допустим я из Чирчика, с пятнашки, и чего дальше?
Стоящие передо мной четверо дембелей от возмущения аж захлебнулись воздухом, а вот тот, что с плеером, посмотрел на меня уже с интересом. Он даже наушники снял, но так ничего и не сказал, и даже не поднялся.
— Ты, дух, походу, не въехал, куда попал. Учить тебя похоже придется.
— Я уже сегодня это слышал. — Ответил я, отступая ещё на шаг.
— И что?
— И ничего как видишь. Слушайте парни, я ругаться с вами не хочу, я сейчас просто уйду, а вы найдете себе другого духа для развлечений. Это, по-моему, самый лучший для всех вариант. Вы домой целые и вовремя улетите, ну и мне соответственно нифига не охота на губу за членовредительство.
— Этот запах нам ещё и угрожает… — Процедил боец, который курил, и выбросил окурок на землю — Звиздец тебе.
Они не бросились на меня сразу, просто все вчетвером синхронно пошли в мою сторону. Я пятился назад, не поворачиваясь к ним спиной.
— Мужики, — попробовал я ещё раз успокоить хмельных дембелей. — Да завязывайте. Я вас не трогаю, вы меня не трогаете. Я схожу в сортир и уйду. Хороший вариант.
— А плохой? — спросил тот, что курил.
— Плохой вам не понравится.
— Пиз…и его пацаны! — Поменялся в лице курильщик и шагнул ко мне.
Тут уже всё стало просто и понятно. Разговорам места не осталось. Только четверо пьяных придурков в тёмном углу и я, который опять сам себе устроил праздник.
Бежать? Догонят по любому. Они уже на меня несутся, а я пока развернусь, пока среди этих гор военного имущества разгонюсь, пару секунд потеряю и мне уже в спину прилетит. Я чуть подался назад, будто испугался, а когда первый оказался рядом и потянулся схватить меня за грудки, резко ударил ему носком сапога по голени. Вторым движением я толкнул его плечом в того, что бежал следом.