— Быстро ты учишься, — ухмыльнулся Леголас, наблюдавший за нами.
— Не учусь, а вспоминаю, — в ответ ухмыльнулся я.
Рядом с Леголасом стоял усатый снайпер.
— Пятерых ты не завалишь всё равно, так что твой план провальный. Дай мне туда пойти, моя судьба…
— Нет. Подходи лучше сюда, — почти приказал я. — Окреп уже?
Иван кивнул, сбросил куртку, положил рядом на неё свою винтовку, стал напротив, принял стойку. Я ударил хлёстко, якорным ударом, Иван ушёл в сторону, махнул ногой, пришлось ставить блок. Дальше удар с его стороны, почти пропустил, перехватил, отвёл. Второй, хлёсткий, на среднюю дистанцию, третий хук и… Живот разразился болью, я согнулся пополам.
— Колено пропустил, — прохрипел я и вновь получил вспышку, после которой носом пошла кровь.
— Я тебя в лицо не бил, — удивился снайпер.
— Это кровавые воспоминания моего прошлого. Ещё раз.
Хлёсткий прямой — уклониться, короткий хук — блокировать, хук со второй — уйти и контратаковать по печени. Иван оказался проворней — поставил блок. Я же, довершая вращающее движение, схватил его за локоть и провернул по кругу. Волков покатился в песок, тут же встав, правда, на ноги. Удар с ноги на дальнюю дистанцию — уйти с линии удара в сторону, сократить дистанцию. Второй удар с ноги в голову — пригнуться и сделать подсечку. Иван снова на земле, и снова так же быстро поднялся.
Замелькали руки. Слева, справа, в живот, открытой ладонью в шею, колено. Мои удары он отражал с такой же лёгкость, с какой я отражал его. Руки начинали ныть, дыхание сбивалось. Отведя в сторону прямой, я сократил дистанцию, имитируя удар локтем в челюсть. Иван, естественно, пригнулся и получил в нос коленом, повалившись в очередной раз в песок. На этот раз он вставать не думал.
— Ты в порядке? — подошёл я к нему.
Он держался за разбитый нос и улыбался.
— Шанс есть.
— Леголас, давай теперь с тобой.
Эльф всё это время стоял в сторонке.
— Я думаю, что всё же не стоит, — философски заметил он, однако плащ всё же скинул.
Тонкий, статный, жилистый, можно было назвать его тощим. Длинные засаленные волосы, собранные в хвост за спиной. Он не внушал страх, не казался сильным соперником, однако я знал, что он из себя представляет. Или хотя бы догадывался.
Эльф встал в стойку, слегка согнув ноги. Два быстрых шага навстречу. Мой удар и эльф исчез. Он резко оказался сбоку, ударил кулаком в лицо, я едва успел уйти. После чего он сделал сальто, метя сапогом мне в голову. Я перекатился и ударил поднявшегося и ставшего в стойку эльфа двойкой. Первый удар он отвёл. От второго по идее должен был уйти, но решил отвести. Ударил ногой, метя мне в голень. Я поднял ногу и тут же получил по опорной, упал на колено. Леголас уже тем временем оттолкнулся от моего колена и только каким-то невероятным рефлексом я успел пригнуться от удара сапога в ухо.
Я поднял руки, прося перевести дыхание и упёрся ладонями в колени. Вновь стрельнуло, на песок полетели капли крови. Я сплюнул, высморкался и стал в стойку напротив эльфа.
Время замедлило бег. На этот раз я видел, какие движения совершает эльф. Подшаг, вернее три. Один прямой, два в сторону, практически одновременно двумя ногами. Ноги согнуты, готовы к прыжку. Я сделал движение, будто шагаю вперёд, на деле проделал похожий пируэт и ушёл с линии удара ногой до того, как та в меня полетела. Эльф сообразил и поднырнул для удара в живот, я же ударил стопорящий с ноги ему в живот, от которого он ловко изогнувшись ушёл в сторону, однако инициатива была перехвачена. Сделав ещё один шаг, я оказался практически в плотную с эльфом, он же был у меня немного сбоку. Схватив его за руку, я начал вращаться на месте, однако эльф просто оторвал ноги от земли и вместо броска я его просто покружил.
В висках застучала кровь, время привычно продолжило свой бег, эльф перевёл дыхание и поклонился.
— Славная драка.
— Шанс есть, — повторил стоявший рядом Иван.
План был с самого начала. Он был прост и надёжен, как удар кирпича по затылку. И постоянно совершенствовался, проходил все этапы осмысления и критики. Вместе с ним были и другие варианты. Я всегда рассматривал другие варианты вместе с основным.
Самый простой был не идти в эту крепость. Есть в этом мире огромное множество других мест. Хотя бы те же тропики, которые находились к югу отсюда. Или колония Ришта, в которую он меня даже сейчас, я уверен, принял на других бы правах. И уже вместе с ним можно было бы делать… Что?
Здесь вопрос был намного глубже, чем просто желание выжить. О выживании меня как индивида никто не говорит. Даже о выживании моей команды речи не идёт. Мы выживем, даже если будем пёхом перебираться от одного оазиса к другому, пока где-нибудь не осядем. Тут речь шла о сугубо моём внутреннем стремлении. Это было чертой, которую сложно было описать наравне с остальными, такими как целеустремлённость, любопытство, ответственность и рациональность. То, что я чувствовал было естественно для меня, но отсутствовало во всех остальных членах моей команды. И я знал, что это чувство неестественно для остальных, как алкоголь для ребёнка. Я же в этом плане был заядлым алкашом и мне требовалось вот… ну… это!
Мне нужна была эта крепость.
Я аж скрипнул зубами от досады и разозлился за свою тупость и пробел в самоанализе. Потом успокоился и продолжил.
Ну раз мы не можем свернуть с этой дорожки, то вариантов у нас немного. Будь я один, я бы просто разыграл бы раненного солдата, за пару часов въехал бы в местный уклад. За несколько дней втёрся в доверие и сформировал бы вокруг себя костяк единомышленников, а потом просто естественным образом власть бы перешла мне в руки как самому авторитетному. Это параллельно с шантажами, запугиваниями, использованием некоторой магии иллюзий и разума, ну и просто играя с аэльями в их любимые игры на выживание. Две недели — крепость моя.
Двух недель у нас не было. Иван довольно слаб, Ник на пределе выносливости, у Валькры не заживает плечо, Гротт эмоционально подавлен, что не попал в орочий рай. Нет, этом аэльям нужен дом и как можно скорее.
Был ещё неплохой вариант подождать денёк, отправить в крепость Ивана, чтоб тот сообщил, «добрый» босс Френки сверг власть или нет и спокойно войти. Опять же, тогда бы пришлось подсиживать Френка, а это намного сложнее. Да и странно считать, что человек, столько времени безоговорочно подчинявшийся Гридию и чинивший вместе с ним всё то, что показывал Иван окажется добрым. Даже если чинил из-под палки.
В общем вариант на самом деле был один и он мне подходил.
Как солнце село, мы собрались за последний брифинг.
В машине было душновато и мы сидели около машины на песке. Ник с Валькрой о чём-то говорили. Гротт и Иван перекидывались своими фразами. Среди фраз я услышал что-то про Френка и про то, что если крепость будем брать штурмом, то он может пострадать. Ну да, может, такова реальность.
Я прочистил горло, призывая всех к тишине.
Ник отвёл взгляд от Валькры, переведя его на меня:
— Ну и что будем делать, теперь у тебя есть план, шеф?
— Есть, — вздохнул я и принялся объяснять. — В крепости три здания: ангар, казармы и смотровая башня. Иван, расскажи подробнее, с твоих уст надёжнее.
Иван не задумываясь начал рассказывать:
— Я уже для Гарри рисовал план зданий и базы. Всё управляется поддельным умом, — он запнулся. — Поддельным интеллектом? У меня в мире такого нет, даже в книжках.
— Искусственный интеллект, — поправил я.
— Да, искусственным интеллектом. Всё, значит всё, все ворота тоже. Кроме этого на воротах есть обычный засов, потому как искусственный ум иногда ошибается и открывает их раньше положенного или не по приказу. Пару раз случалось. Есть способ запереть всех остальных, пока они спят.
Ошибается? Не по приказу?
— Про пятерых солдат мы слышали, — пробасил Гротт. — Гарщинда Миша, мудак Артиун, урод Моин, говнюк Гай Августий и Френк, который почему-то с ними, — Гротт искренне удивился и принялся ковыряться у себя в ухе.