Промедление было не допустимо. Я вскочил на ноги и, пока меня не видят враги, скользнул во входную дверь. От адреналина мои руки подрагивали, в уши отдавало сердцебиение. Не разбирая дороги, я рванул куда-то вглубь дома.
Мне повезло. Перед моим взором предстали мои друзья. Они сидели на стульях. Их руки и ноги были связанны веревками за спинами, а лица были разбиты в кровь. Видимо допрос шел полным ходом. Над Родионом Петровичем возвышался короткостриженый парень, лет двадцати пяти. Когда я влетел в комнату, он как раз начинал разворачиваться на шум.
Руки сработали быстрее головы. Пальцы нажали на спусковой крючок, и тяжелый арбалетный болт вошел аккурат в левый глаз палача. Несколько мгновений он простоял, а потом рухнул на пол.
Я тут же выхватил нож и перерезал веревки, сковывающие моих друзей.
— Идти сможете? — спросил я.
— Фофытамся… — разбитыми губами пробормотал Третьяков, вставая.
Меньше всего досталось Вадиму. Он первым делом поднял оружие врага. Автомат оставил себе, а Сане протянул пистолет.
А вот особист держался на ногах явно с большим трудом.
— В трех домах отсюда стоит «бронемобиль». Ключи у меня. Надо как можно быстрее и тише добраться до туда. Прикрывайте Родиона, он совсем плох. Я впереди. Замыкает Саня. Пошли!
Возражений не последовало. Да и не до них было. Мужиков надо было срочно осмотреть и оказать медицинскую помощь. Но на это времени не было.
Я выскочил из дома, держа наготове в правой руке арбалет, а в левой автомат. Вокруг было тихо. Крики раздавались только со стороны пожара. Видимо, судьбе стало стыдно за ту подставу, которую она устроила днем, и она решила смилостивиться над нами.
Следом за мной выбежал Вадим, на которого опирался особист. Замыкал шествие Терентьев. Мы обогнули дом и рванули к «Тигру».
Оставалось преодолеть не больше двадцати метров, когда нас заметили. Со стороны пожара, от которого теперь нас ничего не закрывало, на нас уставился какой-то боец. Он что-то кричал своим, выхватывая из-за спины автомат.
— В машину! — бросил я, открывая огонь.
Короткая очередь прошила врага пополам. Драгоценные секунды были получены. Не отрывая взгляда от врагов, я рванул к своим. В машину уже успели затащить Родиона и залазил Терентьев. Вадим ожидал меня.
Снова раздалась автоматная очередь. Я ответил тем же. К сожалению, безуспешно. Но это было уже не так важно, так как я, впихнув Вадима вовнутрь, уже садился за руль. Дрожащими от прилива адреналина руками, мне удалось вставить ключ в замок зажигания. Повернул. Раздалось жужжание стартера. Пять секунд… ничего. Я снова провернул ключ. Пять секунд… Снова ничего. В стекле заднего вида я видел, как враги с оружием бегут в нашу сторону. Армейский дизелек никак не хотел схватываться.
— Да что б тебя!!! — заорал я, вновь проворачивая ключ.
Двигатель чихнул и завелся. Я моментально воткнул скорость и рванул с места. По корпусу раздавались хлопки пуль, но, как ни странно, броня пока выдерживала. Даже стекла оставались целыми.
Где был выезд из деревни, я не знал, поэтому просто понесся куда-то по улице. Проблем с управлением никаких не было. Это как на велосипеде. Однажды выучишься, никогда не забудешь, как водить.
Нам снова повезло. И не только потому, что в бешеной перестрелке колеса остались целыми, но и потому, что улица, по которой мы ехали, вела прочь из деревни.
Тут на проезжую часть выскочил какой-то «коммандос». Он достал из-за плеча РПГ и направил его в нашу сторону. Мы ехали прямо на него.
Выдержит ли внедорожник прямого попадания снаряда, я не знал. А проверять не хотелось. Поэтому, не сбавляя скорости, я выждал две секунды и резко дернул рулем влево.
Вовремя. Из ствола гранатомета вылетел огненный снаряд и взорвался именно в том месте, где мы должны были бы быть. «Тигр» тряхануло.
— Хрен тебе! — Заорал я, выворачивая на место руль и вдавливая педаль газа в пол.
— На! — вновь крикнул я, войдя в раж.
Враг попытался увернуться от несущегося на него броневика. Не успел. Мы подпрыгнули на нем и понеслись прочь, оставляя за спиной метавшихся взад-вперед боевиков.
Глава 10
— Мифа, тут Фадима зацепило! — раздался позади голос Терентьева, спустя пару минут, когда деревня полностью исчезла за очередным поворотом.
— Сильно? — спросил я.
— Ерунда, царапина! — подал голос Мамонтов.
— Нищего шебе, «шарапина», — пробормотал Саня. — Ты уже вешь пол жалил швоей кровью.