Не выходя из неё, он перевернулся, перевалив её на себя, и блаженно расслабился. Его сильное тело не ощущало тяжести хрупкого женского тела. Он чувствовал легкость внизу живота, приятную усталость в мышцах и абсолютную пустоту в мыслях.
Для Лены Малаховой это был постоянный и в некотором роде любимый клиент. Он предпочитал традиционный секс, никогда не бил её, не жмотился и его было легко обмануть. Она отточила своё мастерство имитации оргазма до совершенства, и редкий клиент понимал, что она играет. Вот и сейчас, расслабившись всем телом, она думала, что после сегодняшней встречи у неё будет достаточно денег для покупки той шубки, - сейчас лето, но готовь сани летом, - которую она присмотрела. И хотя зимы сейчас стали такими теплыми, что вряд ли ей понадобиться эта шубка, но – это была мечта её детства. Эта была та самая пустяшная мечта, которая определяла её жизнь на пути к успеху.
Наличие шубки в гардеробе стало для неё навязчивой идеей.
Её жизнь в многодетной нищей семье сейчас даже не хотелось вспоминать. Да, она помогала матери, но возвращаться в квартиру с отцом-ублюдком и сестрами-дебилками, - ни за что! Тем более теперь, когда у неё есть деньги, красивая одежда и крыша над головой. И ничего, что для этого приходиться подстраиваться под клиента, ублажать его похоть, - вся жизнь игра и пока к ней идет козырная масть.
Они не замечали, что здание, в котором находились, ходит ходуном, пока не упало трюмо, зеркало которого разбилось вдребезги.
- Землетрясение?! - она быстро соскочила с постели и, одеваясь, крикнула. - Давай быстрее. Надо убираться отсюда, пока дом не рухнул.
-Какое к черту землетрясение, - буркнул он, и, осознав то, что услышал, соскочил с кровати. Подхватив штаны, бросился за ней к двери.
Они выскочили из квартиры и, о, счастье, лифт был на их этаже.
«Повезло», - пронеслось в его мыслях. Он нажал на кнопку, лифт пошел вниз, затем резко остановился, накренившись. Раздался грохот, ощущение полета вниз, и удар через мгновение. Смявшийся потолок лифта опустился на них. Дверь с треском выгнуло.
В наступившей тишине он бросился искать выход, пытаясь раздвинуть двери лифта, дергая вентиляционную решетку. Страх, как растущий ком, давил со всех сторон. Тускло мигающая под потолком лампочка погасла, подбросив дрова в костер паники.
- А-а-а! - крича, он бил ногой по двери, пока не почувствовал боль от ударов. Повернувшись, он заорал в темноту:
- Это ты, скотина, завела меня в этот проклятый лифт. Это ты, сука, виновата!
Пытаясь спрятать свой страх от себя, он наносил удары ногами в тесном пространстве смятого лифта, иногда попадая по её телу, пока лифт не качнуло в сторону, и он не упал. Сидя в углу накренившейся смятой лифтовой кабины, он заплакал, - имея в этой жизни всё, он не хотел умирать. Впрочем, он был уверен, что жизнь благоволит к нему, поэтому надежда быстро успокоила его.
Он сказал в темноту:
- Прости, что сорвался. Я не хотел сделать тебе больно. Иди ко мне.
Она подползла к нему и спросила:
- Что теперь будет?
- Нас найдут. Сейчас у спасателей есть натасканные собаки. Нас откопают и спасут, - он пытался говорить уверенно, но голос дрожал. – Вспомни, как в новостях они спасали людей в прошлом году во Владивостоке, вспомни, какие там были разрушения. Главное, дождаться.
- А если не найдут? – её голос выдавал сомнение в том, что их кто-то будет искать.
- Такого не может быть, нет, даже не говори мне об этом.
Они молчали. Окружающий мрак давил со всех сторон.
Лена не верила, что рядом лежащий человек сделает хоть что-то, чтобы спасти их. Она слушала его дыхание и ждала. Никаких других звуков не было.
- Мы были на седьмом этаже, когда сели в лифт. Затем спустились, примерно, на два этажа, и дом рухнул. Значит, над нами не так уж много навалено. Надо терпеливо ждать спасателей.
Он помолчал, словно слушал то, что только что сказал, и добавил:
- Раз уж мы здесь застряли на некоторое время, сними-ка у меня стресс, - он взял её за волосы и потянул голову вниз, - давай, давай, сделай это.
- Тебе не кажется, что ситуация неподходящая, - сказала она, сопротивляясь.
- Самая, что ни на есть, подходящая ситуевина, - мы одни в темноте, - Лена даже увидела, как он ухмыльнулся. Хорошее настроение быстро возвращалось к нему.
- Я не хочу, - она вывернулась из его правой руки, но левая крепко держала её за волосы.