— Мы поздно приехали, — удручённо сказал Выживала. — Уже не клюёт ни фига.
— Знаю! — махнул рукой отец. — Раньше сюда не ходят электрички.
Потом отец сходил в близлежащий лесок, принёс сухих дров и быстро, по-таёжному, развёл костёр.
— Зачем костёр? — с интересом спросил Выживала.
— Обедать надо, Семён, — рассмеялся батя. — Не будешь же тут голодом сидеть. Рыба не клюёт. Да ещё и не жрамши прохлаждаться? Надо закинуться, набить кишку.
Судя по действиям отца, в походах он бывал. Нарезал тоненьких веточек, заострил их, на каждую насадил по сардельке и, дождавшись, когда костёр прогорит, зажарил над углями. Когда жир начал вытапливаться и капать на углях, по всей округе разнёсся аппетитный запах. Потом, когда зажарил сардельки, расстелил на траве газету, нарезал ножом хлеб, открыл банку кильки и позвал Выживалу.
— Давай, Семён, перекусим немного, — пригласил батя.
— Кто же, батя, с рыбой на рыбалку ходит? — усмехнулся Выживала и показал пальцем на банку с килькой. — Плохая примета для рыбака. На рыбалку надо с мясом ходить. Вот ты с килькой пришёл, рыба и обиделась, посчитала, что у нас уже есть рыба.
— Чииивоооо? — от удивления отец чуть не выронил сардельку изо рта. — Тебе кто это сказал?
— Так мужики сказали, рыбаки те самые, — пожал плечами Выживала и осторожно попробовал сардельку, пахнувшую дымком. — Классная какая.
— Ну-ну... — отец недоверчиво покачал головой и принялся за еду. Что-то сын молодой да ранний становится... К добру это иль к худу... Наверное, такие мысли пришли ему на ум.
Сардельки на рожнах были с изрядным количеством жира, который не успел вытопиться. Но всё равно, получились очень вкусные, с зажаренной корочкой, пахнущие дымком. В общем, всё как надо. Выживала осторожно съел одну сардельку вприкуску с хлебом, вилкой подцепил кусок кильки в томате и почувствовал, что наелся.
— Не буду! — заявил Выживала. — Уже сытый.
— Что-то мало ты, — рассмеялся отец и прикончил всю оставшуюся еду.
После еды он достал термос и предложил Выживале чая. Однако пить горячее не хотелось, так как было жарко, а вот воду можно. Отец из фляжки налил Выживале воды в металлическую крышку-кружку от термоса, потом сам выпил сразу две кружки горячего чая.
— Порядок! — удовлетворённо сказал отец, прилёгши на траву и опёршись локтем о землю. — Похоже, нам тут не светит нихрена. За грибами, что ли, сходить? Ну что, Семён, пойдём за грибами?
Выживала окинул взглядом окружающую местность. Гора в этом месте ещё не слишком подходила к озеру и была не очень крутая, однако, возможно, высокая, с долгим длинным подъёмом-сапуном. Ползать по ней не составило бы никакого труда, каменных участков не видно. Однако, не зная тропинок, соваться в незнакомое место...
— А ты бывал тут? — осторожно спросил Выживала. — Так и заблудиться можно.
— Ну, заблудиться-то не заблудишься, — возразил отец. — Станция рядом, её наверняка хорошо слышно, как поезда ходят, и ночью она светится, как ёлка.
— Вроде как и да, — возразил Выживала. — А если зайдёшь в какое-нибудь ущелье или распадок? Станцию будешь слышать, а как выйти к ней, знать не будешь.
Батя задумался и даже пропустил слова сына, а то бы ещё больше удивился таким разумным словам.
Выживала, тем не менее, конечно же, знал, о чём говорил. В подавляющем большинстве случаев люди терялись в лесу не в какой-то дикой тайге, за сотни километров от дома, наоборот, на треке бывалому туристу не очень сложно ориентироваться: он-то знает, куда идёт. Люди терялись, когда шли за грибами в хорошо знакомый лесок, прямо у дачи. Казалось бы, что такого: обычный лес, даже не хвойная тайга, лишь берёзы и осины. Рядом дорога, по которой машины ездят, коровы в посёлке мычат. Однако всё это было слышно максимум, в двухстах метрах от опушки леса. Потом деревья начинают скрадывать звуки, и через очень короткое время кажется, что ты находишься в давящей тишине, не слышно ничего.
Потом начинают попадаться непроходимые ложбины и глубокие овраги, заваленные буреломом или зарослями волчьей ягоды и калины, торчащими как забор. Начинаешь их обходить, неосознанно меняешь направление движения, появляется какой-нибудь хитрый склон, которого стараешься придерживаться, и так тем более уходишь бог знает куда. Потом возвращаешься, кажется, назад, но... Хоп... Идешь час, два, три, кажется, должен прийти к дачному посёлку, и даже миновать его, ан нет, лес не заканчивается. Света от фонарей посёлка среди высоких деревьев не видно, звуков не слышно. Впереди только сплошные ряды деревьев, и нет им конца и края. Забираешься на гору, а с неё ничего не видно, кроме других гор, заросших лесом. Ты уже ушёл на 10-15 километров, и похоже, совсем в другую сторону...