Кстати, насчет этого отец уже связывался со мной. Нашу Дубровку я пока не посещал, отговариваясь большой занятостью. Реально не мог остановить изготовление нейросетей, мне их на тысячу будущих специалистов требуется. Из первой партии тридцать будущих солдат уже отправились на нашу базу на острове, там был к этому моменту сформирован костяк батальона из офицеров и сержантов, а это уже мясо, что нарастет на кости. Для рядового состава я наделал более простые в изготовлении нейросети седьмого поколения «Штурмовик» со всеми положенными имплантами усиления, но пока только полторы сотни штук, сейчас наделал с пятьдесят пилотских и работал над техническими нейросетями, когда прозвучал этот вызов от отца.
Я на секунду отвлекся, взглянув на экран планшета, и, быстро прикинув все за и против, отошел в сторону, чтобы за спиной была самая обычная стена панелей, стандартная для судов и кораблей, после чего активировал подтверждение связи. Как только та установилась, я помахал рукой и, улыбнувшись, спросил:
– Что-то случилось? Вроде вчера общались.
Что именно нужно отцу, я прекрасно знал – Проф час назад доложил, это и позволило мне обдумать и принять правильное решение. В принципе я сам отца подталкивал к этому, так что решение давным-давно было принято, чего уж там. Ну, а причина, почему я не хотел выходить из сверхсекретного помещения, чтобы так не подставляться, была банальной. Выйду, искин остановит работы, а эти технические сети мне были нужны, да и печатать их только начали. Вон я даже во время их изготовления ночевал все эти четыре дня тут, чтобы искин не останавливался. Койка в углу стояла, и сборный походный туалет. Химлаборатория находилась на территории фабрики, так что когда я там работал, заготавливая материал, искин не останавливал работу, что уже хорошо.
– Да не то чтобы что-то случилось, но поговорить действительно нужно, – сказал отец. – Это не по связи лучше делать. Когда ты освободишься?
– В ближайшие две недели окон нет, – на миг задумавшись, честно ответил я. – Учителя плотно загрузили работой, а он меня. Он занимается установкой нейросетей новым сотрудникам корпорации. Я тут на подхвате.
– Слышал, слышал о новом наборе. Информация по Галонету ходит.
– Что есть, то есть, – согласился я. – Как ни зайду в Галонет, на всех информационных форумах про это. Причем информация сама расходится. Насколько я знаю, информационный отдел корпорации пока находится в зачаточном состоянии. Три сотрудника из первого набора уже есть, учатся, еще должны набрать, там штат в триста человек.
– А что так много? – искреннее удивился отец. – Насколько я понимаю, задача этого отдела – вести архив и сайт корпорации на Зории. Разве не так?
– Не только. Реклама, сбор пожеланий потребителей, анализ этих потребностей, новостные и развлекательные мероприятия. Например, на Зории Галонет находится в зачаточном состоянии, именно корпорация его модернизирует, и появится в нашей слабой сети много новенького, включая корпоративные каналы и новости. Все именно на этом отделе.
– Что-то ты много знаешь, – несколько озадачился мой собеседник.
– Это легко объяснить. Иногда я работаю с планшетом учителя, а так как он ведущий специалист, занятый во многих областях, там есть много чего. В принципе эта информация не секретная, так что за разглашение мне ничего не будет. Кстати, по нейросетям. Мне удалось достать одну, врача для матери. Покруче той будет, что бабушке поставили. Вот только учитель ставить ее не хочет, говорит, выработал я на этот квартал лимит просьб. Нужно дождаться, когда пройдут три месяца моей учебы на пилота. Полтора осталось. Когда медиком стану, тогда еще можно его попросить о чем-нибудь. Учитель в этом деле жуткий педант.