– Слушаю.
– Ты как, все в порядке?!
– Где этот чудак на букву М?! Я ему голову оторву… Уф-ф, я нормально, переволновался немного, думал, грохнусь, а вот бот не знаю, искин еще диагностику ведет, но повреждения имеются. Пока ничего не скажу.
– Это Волод был, сын нашего трактирщика. Пилот хренов, покрасоваться ему захотелось, – выругался отец, особо меня не стесняясь, видимо очень сильно переживал. – Закрылся в рубке и не выходит, знает, что пока не успокоимся, покалечить можем. Мы в километре от тебя посадку совершили.
– Да, я вижу. Когда пилота достанете, объясни ему на пальцах, что управление ботом в ручном режиме руками и управление ботом в ручном режиме при подключении нейросетью – это совершенно разные режимы управления. И пусть на глаза мне не попадается, убью. Я долго успокаиваться буду… О, искин доклад прислал. Что ж, подняться мы сможем, повреждения в принципе не так и велики, отремонтируется за сутки, на полет не влияют. Тут только одна проблема. Даже не знаю, как сказать…
– Говори смелее.
– Посадка жесткая была, с крепления трюма соврало погрузчик, и тот рухнул на контейнер с нейросетями, что я вез. Всмятку, короче. Шесть тонн все же. В общем, если что уцелело, то крохи. Благодари своего пилота.
Отец зарычал, раздался хруст, и экран погас, связь прервалась. Похоже, от такой подставы отец вообще в ярость пришел, невольно сжал пальцы и раздавил планшет, через который со мной разговаривал. Ну и ладно. Все равно хотел поменять его гражданский девайс на нормальную военную разработку. По нему хоть прыгай, ничего не будет, надежность завышена многократно, пальцами не раздавишь. Судя по возгласам на заднем фоне перед тем как связь пропала, свидетелей нашего разговора хватало, и возгласы были явно не самыми дружелюбными. Похоже, Володу крепко так влетит. Тот и так на неприятности самым любимым был, постоянно во что-то вляпывался, даже непонятно, чем руководствовались старейшины нашего села, когда выбрали его в пилоты. Понятно, что интеллект высок, сто двадцать семь, но ведь и думать надо. Даже не представляю, как тот за уничтоженные сети расплачиваться будет, а долг ведь сто процентов на него повесят. Ладно, придумаем что-нибудь. Сам парень мне не то чтобы нравился, но я как бы ему должен был. Лидия как-то, купаясь в речке, чуть не утонула, а тот ее вытащил и испуганную на руках домой принес. Правда, это было в прошлой моей жизни, но было же. Будем выручать недотепу.
Вздохнув, покачал головой. Комбез уже справился с избытком влажности на моем теле, потоотделения больше не было, я устроился поудобнее и, подняв бот на маневровых, подлетел к грузовику сельчан. Там уже была открыта аппарель, и несколько фигур на ней ожидали моей посадки. Среди них я и Волода рассмотрел. Достали, значит, из рубки. Приблизив изображение, обнаружил, как тот, запрокинув голову, старается унять кровь из носа. М-да, синяки под глазами у него будут знатные, но это он еще легко отделался. Развернув на подлете бот так, чтобы суда стояли корма к корме, я совершил посадку. Активировав открытие створок шлюзовой, заглушил часть системы, покинул рубку и заспешил в трюм. Там уже были все, кто прилетел за ценным грузом, включая пилота-хулигана. Горестно стеная, шесть здоровых мужиков – пилот в стороне стоял, держась за нос – ходили вокруг смятого контейнера. Погрузчик, дистанционно управляя, я уже убрал в сторону. Крепления новые нужно приваривать, одно вырвано с мясом, другое искривлено и помято. Поздоровавшись с отцом, показал кулак Володу.
– Ну, что, сейчас дроида подгоню, пусть вскроет обломки. Может, что уцелело?
Почти три часа мы занимались сетями, сканируя каждую и проверяя в медкапсулах, там аппаратура встроенная лучше. В общем, повреждено и уничтожено было семьсот шесть сетей, остальные двести девяносто четыре годились для установки. Имплантов тоже порядочно уничтожено было. Когда был подбит результат, понимая, что сейчас долг повесят на Волода, да и тот был угрюм, сам понимал, что натворил, я озвучил свое предложение. Успел его продумать, пока работали с сетями.
– Я связался с кадровым отделом корпорации и поговорил с начальством. В общем, они готовы перекупить долг Волода, с условием рабочего военного контракта на сто лет. Оплата та же, сетями.
Отца и некоторых его подчиненных это заинтересовало, как в принципе и Волода, это действительно для него был выход, остальные задумались. После недолгого обсуждения вердикт был таков: пусть решают старейшины. Груз был перенесен на их борт, мы попрощались, отец даже погладил меня по голове, ласка от него – это большая редкость, скуп он был на них. И мы разлетелись, я на орбиту на борт «Бастиона» ремонтироваться, сельчане к Дубровке. Решать судьбу Волода будут. После тех кульбитов в воздухе, мне его как-то даже не жаль было.