В эту же секунду до меня дошло, что это те самые бумаги, которые нужны, чтобы выбраться из города. Тем более, если там есть наброски с лекарством, то, наверное, у нас прибавилось немного шансов. Узнав, что документы лежат в кафетерии, а именно в ящике с рабочей формой Кары, я порадовалась очередной случайности, что свела нас и вселила надежду. Сами мы бы в жизни не нашли документы при таких обстоятельствах. Даже появилось хорошее настроение, а я ведь уже начала забывать, как это. Мысль, о том, что студент смог обойти в расследовании опытных полицейских, конечно, уколола, но на этом не хотелось зацикливаться. Теперь у меня просто руки зачесались от желания поскорее связаться с тетей и ее напарником-возлюбленным.
Первым делом мы с Лиамом хотели проверить здание, но Кара остановила нас и заверила, что зараженных там не может быть. Мы, не сговариваясь, решили поступить по-своему. Не хотелось наскочить на старые грабли под названием неосторожность.
- Ты смотри налево, я – направо. – Шепнула я, когда мы с другом входили в темное помещение плечом к плечу.
Сейчас работали только обострившиеся чувства. Зомби можно назвать шумными из-за воя и шаркающих шагов. Сейчас все было тихо и спокойно, поэтому мы Лиамом быстро расслабились. Кара первым делом нашла фонарики для себя и нас. Мы пошли запустить генератор, но даже эту энергию собрались экономить. Лучом света я нашла часы. Было около одиннадцати.
Пока Кара возилась с радио, я сидела у дверей, полностью уходя в свои мысли. Встретить Кару с ее историей и бумагами было просто подарком судьбы, не иначе, как, впрочем, и наш побег. Не было погони, которая действительно смогла бы нас остановить, не было машин у дома. Куда все уехали? Кто знает, но в любом случае это сыграло нам на руку.
Впервые, сидя здесь, я задумалась над тем, как много мы уже прошли, и сколько еще было впереди. Зараженные, мертвые люди, питающиеся человеческой плотью. Каннибализм? Нет, это уже не люди. Мы были первыми, кто смог уйти от них, но какой ценой? Вильям – наша первая личная потеря. Пустота, что образовалась после его смерти, угнетала. Дальше – хуже, карантин. Лиам в неведении и отчаянии, но достаточно сильный, чтобы стать мне опорой. Я, в ужасе и страхе, но поддержка для лучшего друга. Сидя взаперти, съедаемые волнением, ожидали лучшего исхода, но он не пришел.
Школа – второй дом каждого ребенка. Спасая тех, кто был в здании, мы сами закрыли себя в некой ловушке, грозящей вот-вот убить нас. И вот тогда уже я стала понимать, что такое массовый страх и паника, недостаток воды и еды. Выживание. Зная, что у нас есть к чему стремиться, мы хотели лишь выжить, спрятаться и выбраться из кем-то проклятого городка.
Желание выжить граничило с желанием спасти. Мы были не просто группкой людей, мы сохранили себя, как общество, нашли жилье, распределили работу, делили провизию. И вроде уже не так страшно. Этой иллюзией мы спасали в первую очередь себя и свои нервы, но кто-то рано или поздно сдавал. По этой причине, обворовывая аптеки, мы нагребали побольше успокоительного и снотворного. Мы выживали за счет экономии и слаженности, которую установила чета Морганов и поддерживала со всех сил. Людям было спокойнее, когда получив свой паек, они говорили с патрульными.
Видимость некой безопасности усыпляла страх тех, кто был внутри. Но никто из них не знал, как тяжело приходилось тем, кто выходил наружу. Мы продолжали видеть смерть, ходящую по улицам в виде наших бывших знакомых. Мы слышали ее в протяжном завывании и криках боли – как ни старались, все равно время от времени были жертвы. Мы чувствовали смерть, когда нас загоняли в тупик, из которого в одиночку выбраться нереально.
- Чтобы тебе не говорили, чтобы тебе не казалось, ты всегда в опасности. – Сказал мне Морган, то ли для поддержки, то ли напоминая о происходящем. А вокруг умирали люди, и в какой-то переломный момент это стало привычным. Разговоры о смерти стали привычной темой для беседы, а слезы наворачивались лишь при гибели знакомых и близких. Жестоко, но психика не могла по-другому. Так работал ее защитный механизм.
Нас спасало то, что мы держались вместе. Кейтлин, Мет, Лиам и я – маленькая семья, где все двигались вперед ради остальных. Мы держались друг за друга, чтобы не утонуть. Умрет один, сломает всех. Так оно и было, когда мы думали, что Беннета нет в живых. Неведомым чудом он вернулся к нам живым. Я знала, что не отпущу его больше ни на минуту, так сильно боялась новой потери. И так же сильно хотелось поскорее увидеть Кейт и Мета.