21 ГЛАВА
Фургон, с оставшейся после схватки группой, мчался, не зная куда. Вольный, управляя машиной, будто смотрел сквозь дорогу. На нем не было лица. В автобусе, от которого осталось лишь воспоминания и груда железа, были все: и друзья и сослуживцы, а самой главной болью были - жена и пятилетний сын, который всегда радовался приходу отца с дежурства и просил его поиграть с ним. Не смотря на все это, уставший, голодный и не умытый, Вольный никогда не любил отказывать сыну, ведь у Джимми была всего лишь одна большая радость в этой суровой жизни, любящий отец!
-Слушай, давай я тебя подменю, а то ты бледный какой то!- предложил сержант сидящий справа от Вольного.
Машина остановилась среди пустого перекрестка.
-Почему мы остановились?- ровно произнес Хан.
-Сер, тут Вольному не по себе,- объяснил он.
-Понятно. Так Эрик вытаскивай Стива, нам нельзя больше его с собой возить, его нужно придать земле,- приказал Кертис.
Не смея больше задавать вопросов, Эрик сделал все, как приказал ему Дэвид. Стива похоронили, как положено, ведь в их сердцах еще оставался большой процент человечности.
-Все сержант, отправляемся!- приказал Хан
-Есть сер, а куда?- садясь за руль, спросил он.
-Туда, где можно переждать ночь!- задумчиво произнес Дэвид, смотря в сторону горизонта.- А дальше будет видно!
Автомобиль медленно тронулся с места и направился прямо по дороге, никуда не сворачивая. Их путь продолжался около двух часов. На улице уже почти стемнело, но на часах было еще около двух часов дня, они проезжали мимо разных домов: разваленных, пустых, чудом уцелевших, им даже пришлось увидеть и пустое место, где, когда, то стоял жилой дом, в котором жили люди, но от него остался лишь прах!
-Капитан, мы уже на окраине города!- предупредил водитель, просунув голову в салон.
-Вон, возле того дома останови!- Хан указал пальцем на последний дом справа.- Там мы и сделаем привал.
Машина остановилась, из бокового входа, аккуратно, не создавая лишних шумов, как учили его в армии, вылез Хан. Взяв старенький, но еще пригодный для службы автомат М-16 в боевое положение. Он медленно осмотрелся:
-Все чисто!- прошипел Хантер, не отводя глаз от мушки автомата.- Выходите, только тихо!- добавил он.
Дверь распахнулась и, ощутив на стенах лучи, еле просачивающиеся сквозь свинцово-пламенные, густые облака, дом словно ожил. Все было покрыто пыльной полиэтиленовой пленкой, но в тоже время был идеальный порядок, все стояло на своих местах, и не было такого беспорядка как в большинстве уцелевших домов, словно дом готовили к продаже. На стенах висели фотографии живших, когда то здесь людей.
-Ничего здесь руками не трогать, спать, и есть будем в одном месте, так как здесь может быть все заражено,- предупредил Кертис.
Расположившись в просторном углу главного зала, все готовились ко сну. Эрик, не удержав своего любопытства, подошел к стене, где висели фотографии и начал внимательно их разглядывать, из-за тусклого мерцания керосиновой лампы, ему было трудно разобрать лица, но поднапрягшись и прищурив глаза, Эрик разглядел в трех обнимающих себя людей, что-то знакомое.
-Что, не спиться?- за спиной раздался тяжелый голос, заставив Эрика вздрогнуть.
-Да,- тихо пробубнил он, стараясь не показать своего испуга перед Дэвидом.- Знаешь, кого-то из этих людей я уже видел, но все равно не могу разглядеть.
-Это моя семья!- ровно произнес.
-Что? Так вот почему ты запретил нам все трогать, при этом наврал, что все может быть заражено,- злостно прошептал Эрик, стараясь не разбудить остальных.
-Да, я просто хочу, чтобы все осталось, так как есть, моя мать любила идеальный порядок, я знаю, что ее уже нет в живых.- Хан, развернувшись, направился к своему спальному мешку.- Но память о близких и их поступках это - вечность!- бросил он из-за плеча стоящему в оцепенении Эрику.
Промолчав, Эрик подошел к мешку, где уже спали Стейси и Люси:
-Прости!- бросив взгляд на Хана, он лег спать, приглушив, уже издохшее пламя керосиновой лампы.