Медик задумался.
— Сказать очень тяжело, но, думаю, процентов шестьдесят-семьдесят…
— Я иду, — заявил Россомахин.
— Не забыл о двухмесячном инкубационном периоде? — поинтересовался Святов, — Если вирус ещё жив, мы узнаем об этом только через два месяца, когда будем все заражены. Или ты два месяца в тайге жить собираешься?
— Могу и пожить, — обиделся Россомахин, и помолчав спросил — Но что тогда делать?
— Или идти всем или никому. Или пан или пропал, как говорили раньше. Думайте, мальчики. Завтра доложите. А пока все свободны, — отпустил подчинённых командир.
Россия 2048 год, 16 августа, 11 часов. Хабаровск. Объединённый Учебный Центр по подготовке диверсионно-разведывательных подразделений ВС РФ.
…Из соображений безопасности, из бункера решено было выходить через двенадцатую дверь и систему ходов в тайгу, так как посчитали выход на окраину города более опасным и менее предсказуемым…
…Группа вышла на поверхность нечаянно спугнув глухаря. Где то за деревьями закричала пустельга…
— Командир, вируса нет, — счастливо улыбнулся Ястребов.
— Согласен, иначе её бы тут не было, — Медведев указал на недалёкое дерево, по стволу которого резво бежала белка.
— Ну что ж, начало неплохое, — глубоко вдохнув таёжный воздух, произнёс Святов, — Посмотрим, что нас ждёт дальше.
— Командир, думаю, всем сразу идти не надо. Лучше сначала отправить группу из трёх человек, а четверо останутся на базе для охраны. Двое наверху воздухом подышат, мало ли что. Двое у входа. А тройка осмотрит прилегающую местность. Я возьму ещё двоих и прогуляемся до Ракитного, тут недалеко, пятнадцать километров, думаю к вечеру вернёмся.
— А машина? — спросил Россомахин.
— За шесть лет, там все резинки на ходовой задубели и потрескались, смазка высохла, это сто процентов, да мало ли ещё что. Надо автомобили осмотреть, прежде чем куда-нибудь на них ехать, — ответил Медведев.
— Ну так что, командир? — поинтересовался Барсуков.
— Резон в твоих словах есть, — ответил полковник, — Хорошо, бери «Лиса» и «Волка» и разведайте близлежащие окрестности. Ладислав, радиостанции в порядке?
— Так точно, — ответил связист.
— Оружие? — Святов посмотрел на Волкова.
— Исправно. Боекомплект есть, — ответил снайпер.
— Тогда двигайте. Каждый час выходить на связь. К двадцати часам жду живых и здоровых и с хорошими новостями.
— Есть, командир!
****
По маршруту группа пробиралась с особой осторожностью. В первые же часы после выхода из добровольного заточения никому не хотелось неожиданных и неприятных сюрпризов… Через несколько часов разведчики вышли к окраине посёлка. Безжизненные полуразвалившиеся дома, гробовая тишина, нарушаемая только пением птиц. Проведя визуальный осмотр территории, Барсуков решил вывести группу в посёлок. Пустые улицы, покосившиеся и, во многих местах, рухнувшие заборы, дырявые крыши и выбитые окна всё указывало на то, что здесь уже давно никто не живёт и навевало тоску.
— Неужели мы единственные выжившие? — ни к кому не обращаясь, произнёс Лисицин.
— Рано ещё делать такие выводы, — Волков внимательно следил за вышедшей из леса рысью.
Хищник поводил мордой, нюхая воздух, а затем спокойно направился по своим делам через посёлок, не обращая внимания на людей.
— База, приём. — вызвал Святова Барсуков, — Вышли к Ракитному. Посёлок заброшен, людей не встретили.
— Вас понял. Сможете дойти до Ильинки или устали с непривычки? — поинтересовался Святов.
— Сможем, — ответил капитан, — Тут, всего то, около восьми километров, время есть, прогуляемся.
— Давайте, только осторожно, — полковник отключился.
— Ну что, давайте пройдёмся южнее на восемь километров, до Ильинки, — Барс поправил снаряжение, — Двинулись.
К Ильинке подходили со стороны леса, когда августовское солнце нависло над самыми верхушками деревьев.
И сразу же, на окраине деревушки, возле колодца заметили пожилую женщину набиравшую воду. Увидев вооружённых мужчин, селянка ойкнула и уронила ведро.
— Женщина не бойтесь, мы не причиним Вам вреда, — сказал ей Барсуков.
— Да ну… Много вас тут ходит, поди разбери, — ответила та, — Почём мне знать, вдруг вы из этих, из «защитников правопорядка».
— Ух ты, как интересно. И что ж это за «защитники правопорядка» такие, которых Вы так не любите? — поинтересовался Борислав.
— Да бывшие полицаи и эти, как их, росгвардейцы, во… Как только люди помирать начали, так они сразу в своём убежище схоронились и носу не показывали, а год назад вылезли как тараканы и начали хозяйничать. «Мы вас защищаем от бандитов разных, законность и порядок поддерживаем», — говорят. А сами те ещё бандиты, грабят, насилуют, людей от двадцати до сорока лет забирают и куда-то увозят. А кто сопротивляется, убивают сразу, — рассказывала словоохотливая женщина, и вдруг спохватилась, — А вы точно не они, не эти?