— Мой господин! Вы же сами приказали всех имеющихся людей и «призраков» сосредоточить возле мастерских. Только пятнадцать монстров во главе с Вашим ординарцем остались у подземного хода, чтобы ударить в тыл бунтовщикам, — ответил ему находящийся рядом командующий.
— Да! Точно! Где они? Почему не атакуют?
— Не могу знать, господин, — пожал плечами тот, — Уже должны были выйти на поверхность, но почему то их нет.
****
Цзуньюй осторожно подошёл к двери.
— Чжун Чжэн, это ты?
— Да, мой друг! Я привёл, помощь. Я привёл русских…
В это время заработала рация Сун Чуя.
— С севера наступает большая группа вооружённых людей, они стреляют по «призракам». Их поддерживает вертолёт. Я слышу крики «Ура!», — в эфире раздался голос Сюантуня.
— Ну наконец-то! Я верил! Я знал, что русские нас в беде не оставят! — Цзуньюй кинулся открывать дверь.
За дверью в боевой готовности стоял Барсуков со своими людьми.
— Товарищи, спасибо! Спасибо огромное! Давайте покажем этим гадам, что значит русско- китайская дружба! — чуть ли не прокричал от переполнявшего его восторга бывший военачальник, — За мной!
Китайцы, а следом за ними и спецназовцы, двинулись на выход. На улице уже стояли хмурые осенние сумерки, но территория мастерских хоть и слабо, однако, всё-таки освещалась. Радиостанция оружейника зашипела и бодрый голос произнёс:
— Шеф, мы на подходе. Всё оружие взяли, работы теперь будет непочатый край. Стволов много и, практически, все подлежат ремонту. Так что….
— Хорошо, молодцы! — не дал ему договорить Сюантунь, — Но у нас здесь кое-что произошло. Оставайтесь пока на месте, будьте в готовности к боестолкновению, я с вами свяжусь.
****
Теснимые соединившимися группами Святова, Барсукова и оставшимися немногочисленными китайскими оружейниками, люди Айго подошли к линии обороны, где засел их господин.
— Занять позиции! Укрепиться! Вести по противнику только прицельный огонь! — отдавал команды приободрившийся китайский командир, руководивший провалившейся атакой на мастерские.
— Снаряды! Снаряды привезли! Обрадованно закричал один из бойцов Айго, увидевший подъезжающий автомобиль…
… МИ-8, поддерживающий десанты, завис недалеко от китайских позиций, его прожектор выхватил, двигающийся в направлении артиллерийской батареи, грузовик. Дроздов меткой очередью из «Утёса» прошил его бензобак…
Взрыв получился неслабый, и несколько осколков, гонимых взрывной волной, неимоверным образом впились в обшивку вертолёта, а по кокпиту в нескольких местах пошли трещины. От неожиданности, Рыбкин едва удержал управление машиной.
— Ну, Доброслав, ты даёшь, — произнёс он.
Но Дроздов за шумом винтов его не услышал.
Взрыв грузовика повредил восьмидесяти двух миллиметровый миномёт и одно из орудий, а так же уничтожил не только водителя и сопровождавших груз китайцев, но и артиллерийский расчёт.
Айго был в панике.
— Огонь! Огонь! Стреляйте же по ним! — кричал он на вжавшихся в стенки и дно окопов боевиков.
Но многие из них потеряли самообладание и, едва очнувшись от пережитого, кинулись наутёк…
Айго понял, что ему не исправить положение и что самое разумное, это попытаться незаметно скрыться. Он выполз из своей перекрытой щели и в сопровождении, неотступно находившегося рядом с ним, командующего и ещё двоих, оказавшихся поблизости бойцов, по траншее, ведущей в сторону города, стараясь уходить максимально незаметно, покинул остатки своего деморализованного войска…
— Командир! У меня кончились патроны для «Утёса», правда, есть пара коробок на «Печенег», — сообщил Дроздов.
— Давайте! Давайте, ребята! Совсем чуть-чуть осталось. «Дрозд», веди огонь из «Печенега». Хоть какая-то поддержка с воздуха, — ответил Святов, двигаясь в цепи наступавших…
****
Бой в траншеях продлился очень недолго, оставшиеся в живых айговские бойцы, не успевшие покинуть окопы, бросали оружие и поднимали руки, сдаваясь на милость победителей…
— Где же ваш император? — интересовался у пленных Святов.
Но те ничего внятного ответить не могли.
— Да, скорее всего, сбежал и спрятался в своей резиденции. Там у него, наверняка, есть тайная нора, — произнёс Барсуков. Посмотрел на бывшего командующего, пытающегося понять о чём речь, и повторил своё предположение по китайски.
— Да нет у него там ничего такого, — ответил Цзуньюй, — Он был так уверен в своей исключительности, что даже и не задумывался над этим. Единственное, что было сделано, так это по его приказу укрепили оружейные мастерские и возвели городские стены, установив по периметру пулемёты, справедливо опасаясь нападения с северной стороны. И Айго был очень уверен, что эта линия обороны будет неприступной. Возможно оно бы так и было, если бы он не снял всех людей со стен. Хотя, если честно, последний год этот Айго уж слишком стал зарываться и потому начал терять своих сторонников, так что…