— Жив, бродяга, — обрадовано произнёс второй охранник.
— Жив. Где Свиридов?
Охранник посмотрел по сторонам. Недалеко от него, держа монстра за грудки и вцепившись ему зубами в горло, лежал Свиридов. Балаклавы на «призраке» не было, обнажив абсолютно лысую, сморщенную как сушёная хурма, голову. Торговец был весь в крови, но пока ещё был жив, хотя тяжело и с надрывом дышал…
К ним, выбираясь из-за своих укрытий, стали подходить жители посёлка.
— Пропустите! Пропустите! — раздался женский голос, и вперёд вышла женщина средних лет, — Я операционной сестрой работала в военном госпитале до эпидемии, дайте посмотрю что с нашими освободителями.
— Смотрите, — отошёл от Свиридова охранник и направился к товарищу.
— Женя, ты как? — обратился он к нему.
— Думаю, жить буду. Бок прострелен и левая нога. Промедол вколол, всё нормально. Андрей, дай перевязочный пакет, я сам перевяжусь. Лучше глянь, что там с Сергеем Свиридовичем. И нашим сообщи, помощь нужна.
Над Свиридовым колдовала давешняя женщина, он был в сознании, но тяжело дышал и не мог говорить. Она уже извлекла из его разгрузки индивидуальный перевязочный пакет и перевязывала торговца.
— Ну как он? Жить будет? — поинтересовался охранник.
— Ранение в плечо и, скорее всего, прострелено лёгкое, потерял много крови, нужна операция, — ответила медсестра и подняла голову, взглянув на говорившего, — Да Вы тоже ранены, дайте посмотрю.
— Некогда, сами сказали, что время дорого. Давайте, грузим его в машину на заднее сиденье…
— Нет-нет! — воскликнула женщина, — Его надо транспортировать в полусидячем положении с согнутыми коленями и подложить под них валик.
— Тогда на переднее сиденье, спинку полуопустить, — сказал охранник.
К ним, опираясь на автомат, как на костыль, подошёл Евгений, лицо его было бледно.
— Что Вы делаете?! Вам нельзя… — начала возмущённо говорить медсестра.
— Всё нормально, занимайтесь нашим шефом, — прервал её тот и попытался сесть на заднее сиденье, но ему это не удалось. Андрей помог товарищу взобраться в машину, при этом его лицо непроизвольно исказила гримаса боли, что не укрылось от женщины.
— Так, давайте я Вас осмотрю.
— Некогда. Садитесь в кабину, остальные в кузов. Всё живы? Постарайтесь все там как-нибудь разместиться, оставаться Вам здесь нельзя…
Тут подал голос Свиридов, при этом на его губах выступила кровавая пена, он говорил тихо и не совсем внятно.
— «Призраков»…, «призраков»… заберите… нужны…будут… нашим…
Люди с трудом закинули туши монстров в кузов пикапа и залезли сами. Вид был как в Бангладеше, когда миллионы мусульман съезжаются в город Дакки на «Бишва иджтима». Машина тронулась, по дороге Андрей связался со своей базой и рассказал о происшествии.
— Выезжаем на встречу, — сказал Афанасий Никитич, — Ребята, держитесь, скоро будем.
****
…Через пятнадцать минут на дороге показался ещё один пикап, в кузове за крупнокалиберным пулемётом находились два охранника, следом за ним ехал УАЗ-452 — легендарная «Буханка», полноценную замену которой автопром так и не смог создать. Машины остановилась рядом с потрёпанным автомобилем Свиридова, из УАЗа выскочил Афанасий Никитич с двумя помощниками. Они сначала перенесли в «Буханку» Свиридова, затем помогли Евгению.
— Женщина, Вы тоже садитесь к нам, в автомобиле всё оборудовано для оказания медицинской помощи, — произнёс он, — Остальные рассаживайтесь в пикапы. Кто из вас знаком с АГСом?
— Я в армии из АГС-17 стрелял, — ответил мужчина, который так вовремя помог Андрею, подхватив автомат.