«И кроме того, чтобы терпеть, мне еще и женские скандалы надо как-то сглаживать», — подумал он.
— Хотел бы — уже подставил. Я считаю нам надо продолжать. Или у нас получится, или граф придумает выход. И напомню — истерикой делу не поможешь.
«Зря я это сказал», — смотрел он на девушку, которая даже покраснела от его слов.
В следующие несколько минут он узнал о себе много нового. Иногда даже неожиданно нового. Никогда не смотрел на свои поступки… с такой стороны. Его даже обозвали несколько раз, но он предпочел этого тактично не заметить. Все же на эмоциях дело было, он понимает… но осадочек все же остался.
— Успокоилась? — уточнил он, когда Адель замолчала на чуть более долгий срок, чем обычно. И тут же выяснил что нет, не успокоилась.
Спустя еще один раунд женской истерики Эдвин стал куда мудрее, чем был раньше, и не стал ничего уточнять. Не стал ничего доказывать или объяснять. Он приобнял девушку, как мог, приободрил ее, и на всякий случай ушел из комнаты. Злость уже ушла, остались только слезы, смотреть на которые он не хотел.
Планировка башни не сильно меняется из-за ее формы. Всегда есть лестница, а на самом верху есть или балкон или обзорная площадка, или хотя бы чердак с небольшим окном. Туда он и направился. Не для романтической встречи рассвета, да и какая может быть романтика в такое время… холодно, чужая одежда, плохая еда, эльф и химеры, которые пытаются тебя словить, и барьер вокруг города.
«Так вот что испытывает загнанный зверь», — горько сравнил себя и обычного лесного кабана Эдвин, но тут же вспомнил вкус хорошо прожаренного мяса, и сострадание к животному испарилось. Он громко проглотил образовавшуюся слюну.
На улице было достаточно светло, и он осмотрел окрестности. Дома, башни… ничего нового. Разве что один район ближе к центру города несколько отличался стилем застройки. Химер в округе не наблюдалось. Он спустился по лестнице, и обнаружил девушку на прежнем месте. Она не плакала и не ругалась, просто сидела спрятав лицо в ладонях. Вроде бы упаднические настроения пропали, а истерика закончилась.
— Адель, — негромко позвал он ее. — Пора идти.
— Идти… — эхом повторила девушка. — А куда идти? И зачем? Нет смысла…
«А нет, упаднические настроения на месте», — понял Эдвин.
— Нашел неподалеку интересный район, когда сверху наблюдал. Немного отличается от привычных, кроме того, там большой парк есть. А там где дикий парк, там и живность должна быть, — на ходу принялся соображать Эдвин. — Силки поставим, ловушки придумаем, сам поохочусь… Не одними же только яйцами питаться.
Он увидел взгляд девушки и понял, что без добычи ему лучше не возвращаться. Столько в нем было надежды.
«Если не получится, я ее уже не успокою».
А еще он заметил, что эту башню она даже не обыскивала в поисках ценностей и артефактов. Или она всерьез задумала искать сокровищницу, или ее постоянно меняющееся настроение в последние дни заставляет ее совершать разные никак не объяснимые логикой действия. То она паникует, то счастливо мечтает о богатстве и свободе.
«Очень странное поведение», — отметил про себя Эдвин.
Они двигались по улице молча. Не только из-за боязни быть обнаруженными, сам молодой маг не знал, что говорить, а девушка, очевидно, не горела желанием общаться.
— Хм… действительно парк.
Это были первые за несколько часов слова девушки. Весь путь они проделали в тишине. Даже ни одной химеры не встретили, что уже было немного странно. А странности молодого мага не радовали.
— Даже не парк, а лес, — продолжила она и повернулась к Эдвину. — И как ты намерен там охотиться?
Это был отличный вопрос. И четкого ответа на него у молодого мага не было.
— Да это не так сложно, — неопределенно ответил он.
Адель недоверчиво хмыкнула.
— Я буду в том доме, — показала она на ближайший, и сразу же, не дожидаясь ответа, отправилась к нему.
— Ладно, — сказал он ей в спину. — Хорошо.
Сам же повернулся лицом к парку. Когда-то это определенно было ухоженным красивым парком, со всякими фонтанами, статуями, дорожками и скамейками. Когда-то очень и очень давно. Без должного ухода все превратилось в сплошной кустарник с деревьями.