Он постучал веткой на какую опирался по стенкам и громко крикнул в надежде испугать живность, если она пряталась там в темноте. Прислушался…никакого движения, только капли дождя тяжело барабанили по обшивке. Щупая впереди себя веткой, он словно сапёр по минному полю шёл на ощупь вперёд. В нос ударил какой-то сладковатый запах, перебиваемый запахом гнили и сырости. Глаза немного привыкли к темноте и он смог разглядеть, что салон внутри не имел пассажирских кресел, а был полностью заставлен какими-то поддонами обтянутыми брезентом и перехваченные ремнями. Он пощупал рукой поддон пытаясь понять, что на нём лежит, но брезент скрывал содержимое, а разрезать ремни, чтобы снять его у него не было с собой ножа. Решив отложить осмотр до утра, он с трудом забрался на верх, здесь поверхность была плоская и не сильно жёсткой, так что переспать вполне сойдёт. Достав из рюкзака печенье, он с сожалением отложил три печенины обратно, а три с жадностью съел и запил большим количеством воды. Желудок начал бунтовать голодными спазмами от такой диеты, но ничего другого не было и оставалась надежда, что завтра он сумеет найти что-то съестное для себя, а сейчас спать. По обыкновению уже кинул рюкзак под голову, глаза несмотря на голодные протесты желудка начали слипаться и он растянулся, накинув на себя драную ветровку он практически сразу провалился в сон.
Ночью его мучили кошмары, снилась всякая ерунда. Он несколько раз просыпался разбуженный мощными раскатами грома, но убедившись, что всё нормально снова засыпал тревожным сном пока его не разбудили первые солнечные лучи света пробивающиеся сквозь грязные иллюминаторы.
Он соскочил с места, где спал забыв, что ещё плохо ходит самостоятельно, поэтому тут же свалился на присыпанный землёй и опавшими листьями пол почувствовав боль в ногах и теле. С трудом поднявшись он доковылял до выхода самолёта и справил малую нужду. Снаружи вовсю уже светило солнце и о ночном ливне напоминала только роса на траве, на ветках деревьев вовсю перекрикивались птицы, жизнь снова начинала кипеть тут с восходом солнца.
Вернувшись к месту своего ночлега при свете дня он обнаружил, что спал на невысокой прямоугольной формы примерно два на два метра возвышенности сложенной на деревянный поддон. Таких поддонов здесь он увидел не меньше шести, один из них видимо при жёсткой посадке развалился и часть содержимого рассыпалась по салону. Это были небольшой формы плотно запечатанные целлофановые пакеты туго перетянутые красным скотчем. Глеб вынес его наружу, чтобы увидеть содержимое внутри. Не без труда с помощью острой ветки сумел разорвать пакет и обнаружил внутри зеленоватую измельчённую траву. Он понюхал её, она издавала сладковатый запах слегка круживший голову. Внезапная мысль озарила его словно молния посреди ночи: так это же наркота! Марихуана или другое зелье, а этот самолёт вёз эту дрянь куда-то, но в результате аварии упал тут в густых лесных зарослях и те кто его наверняка потом искал, не смогли обнаружить его с воздуха, о том что его возможно давно не ищут свидетельствовал вид самолёта.
Глеб откинул от себя пакет с травой в сторону и решил исследовать весь салон. Кроме поддонов с травой по центру, ничего больше интересного не было. Обойдя их вокруг он направился к кабине пилотов очень надеясь найти там, что-нибудь интересное для себя.
Продолжение следует...
Глава 9
Дверь в кабину пилотов висела сорванная на одной петле, внутри он обнаружил два кресла и в обоих сидели мумифицированные скелеты людей. Глеб почувствовал панику и желание уйти отсюда, как можно быстрее и подальше, но голодные спазмы в желудке заставили его остаться на месте, разум говорил, что нужно проверить всё тут в надежде найти, что-то съестное, хотя в глубине души он догадывался, что скорее всего ничего тут не отыщет. Скелеты имели смуглую кожу и погибли явно при жёсткой посадке, на голове одного до сих пор ещё висели наушники и на глазах солнцезащитные авиационные чёрные очки с лопнувшими линзами от чего он выглядел ещё более жутко. Одеты оба были в футболки и куртки цвета “хаки”. Приборы на панели были разбиты, наружу вылезли жгуты цветных проводов, воняло гарью. Правая сторона плексигласового стекла была разбита и через него насыпало опавшей листвы.