— А если отвлечется? Он когда сгущенное молоко жрет… Простите, Наталья Васильевна, разумеется, потребляет. Так вот, когда он это делает, он ничего вокруг себя не замечает. Подбрось ему баночку — и бери тепленьким.
— Он потребляет только в безопасных местах, — напомнил я. — В любом случае у него сейчас ни сгущенки, ни конфет.
Сегодня Валерон с нами не поехал — остался ожидать известий о Лёне. Да и вероятность, что в покушении на меня был замешан кто-то из прохоровской группы, была мизерной, несмотря на то, что скверники в ней были.
Доехав до университета, я сразу предупредил пассажиров:
— Возможно, мне придется уехать раньше. Поэтому, если выходите, а автомобиля нет — добираетесь домой сами. Разве что, Гриша, я бы попросил тебя проводить Наташу.
— Если тебе придется уехать раньше, — сказала она, — ты должен забрать меня с собой. Подменю за рулем.
— То есть ты уверена, что нам придется туда ехать?
— С высокой вероятностью, — подтвердила она. — Утренний дирижабль уже отчалил. На машине туда добираться быстрее, чем ждать вечернего. Лёня не приехал, значит, с ним что-то уже случилось. Вопрос: в Лабиринте или на обратном пути.
— Хорошо. Тогда, Гриш, просьба снимается.
Прохоров энергично кивнул и вышел из автомобиля, а я спросил супругу:
— А где именно случилось, ты сказать не можешь?
— В Лабиринте, — уверенно ответила она. — С высокой вероятностью там что-то произошло.
— То есть он не вышел?
— Необязательно.
И я задумался, не сорваться ли немедленно, потому что в груди прямо-таки свербело в ожидании неприятностей. И свербело не зря — только я вышел из автомобиля, даже не успел активировать Живую печать, как Валерон в невидимости тявкнул мне прямо в ухо:
— Звонила Щепкина. Лёня из Лабиринта не вышел. Как зашел вчера в обед, так и с концами.
— Чтобы ей было не позвонить вчера вечером! — в сердцах сказал я. — Понятно же, что теперь сам он не выйдет.
— Почему? — спросила Наташа. — Любой Лабиринт можно рано или поздно покинуть, если придерживаться определенных правил.
— Не в этом случае, — возразил Валерон. — Это Лабиринт не физический, там происходит тасовка частей после каждого перехода. Держись, не держись правой или левой стороны — толку не будет. Нужно идти правильно. Иначе будешь бродить до скончания века.
— Это правый Лабиринт, — напомнил я. — Левый — обманка. Полностью иллюзорный, из него выходят всегда. Неужели он попал в правый?
— Получается так, — тявкнул Валерон. — Из левого он бы уже вышел, если бы его там никто не поджидал.
Ехать было необходимо и срочно. Я уселся на водительское место, подождал, пока сядет Наташа, и поехал не на выезд из Святославска, а домой — нужна была карта и нужно было расспросить Николая Степановича, что именно рассказала Щепкина. Последнее было определяющим, поскольку за картой я мог отправить и Валерона.
— Встает вопрос: смогу ли я его там найти и вывести? — задумался я. — И вообще, можно ли ходить в Лабиринт вдвоем?
— Можно любой толпой, — сказала Наташа, — но дары можно получить, только когда идешь один. А что касается того, сможешь ли ты выйти — с высокой вероятностью — да.
— Ты в любом случае выйдешь, как только начнешь перемещаться по отметкам, — дополнил Валерон. — Но вот удастся ли тебе вообще найти Лёню — вопрос.
— Положись на интуицию, — сказала Наташа тем глубоким голосом, который у нее появлялся, когда она впадала в транс. — Она приведет к цели.
Глава 14
Возвращались домой мы зря. Николай Степанович нового ничего не сказал. Разве что название гостиницы, в которой остановилась Щепкина. Телефона там не было, поэтому связаться с девушкой не получилось бы никак. Выезжать пришлось без дополнительной информации, а гарантию, что ничего не решится до нашего приезда, могла дать только Наташа. И то гарантия эта была не абсолютной, а вероятностной. Но Наташа была уверена, что без моего вмешательства Лёне не выйти, поэтому вопрос, ехать или нет, даже не вставал.
Ехать нам было часов десять. На дирижабле было бы куда быстрее, но, увы, ближайший дирижабль был только вечером, и если даже удастся подобрать вариант с пересадками и добраться обходным маршрутом, мы вряд ли приедем раньше. Скорее даже позже.
Поэтому я выбросил из головы ненужные мысли и попытался выжать из автомобиля максимальную скорость, ограниченную только качеством дорожного покрытия, которое на большей части дорог отсутствовало как класс. Но хоть дождя не было и там, где была грунтовка, ничего не развезло.
Останавливались мы только несколько раз, размяться и перекусить, и всё же в нужный город приехали довольно поздно — Лабиринт был уже закрыт. Я постоял у двери, зачем-то перечитав табличку с расписанием несколько раз, а затем мы с Наташей отправились искать гостиницу, где остановилась Щепкина.