— В таком случае заседание штаба объявляю закрытым. Следующее состоится завтра в восемь часов вечера.
Покинув защищённый зал заседаний, Бобёр в сопровождении Михаила Александровича, спустился на самый нижний подземный уровень и, войдя в тюремный отсек, вызвал специалистов и поинтересовался результатами допросов захваченного Хозяина и его бессменного секретаря. Результатов не было. Они молчали, вернее в самом начале грозились всякими изощрёнными наказаниями за самоуправство, но поняв, что практически вся агентурная сеть иной расы выявлена и частично схвачена непонятно кем, перестали говорить, полностью замкнувшись в себе. Подумав некоторое время, полковник попросил привести Хозяина и спустя десять минут его завели в кабинет и оставили наедине с ним.
— Ну, здравствуй теперь уже бывший хозяин. — С ироничной усмешкой проговорил Бобёр, разглядывая своего бывшего противника.
— Я так понимаю, это вы разрушили наши самым тщательным образом выверенные планы господин Бобров. — Ответил он, хмуро посматривая на молодого человека из-под опущенных бровей.
— Отрицать не буду. Это действительно моих рук дело, чем и горжусь.
— Опять эти русские… Вечно вы вставали костью в горле всем тем, кто стремился к мировому господству. Сколько поколений лелеяли мечту о расчленении и уничтожении этого народа, да только никому из людей этого так и не удалось… Мы учли этот печальный опыт и приняли все меры, чтобы вы — русские в очередной раз не стали нашим камнем преткновения. Теперь вам конец, как и всему остальному человеческому миру. Время — Х близко… Молись несчастный!!!
Бобёр смотрел на беснующегося резидента иной расы с холодным презрением и когда он умолк, равнодушно поинтересовался:
— Всё сказал убогий?
— Моя смерть от твоей руки уже ничего не изменит. Твоя смерть, и смерть человечества очень близка и это меня несказанно радует.
В общем, полковник и не надеялся услышать от «хозяина» какую-либо информацию, он хотел лично увидеть захваченного резидента и понаблюдать за его реакцией, как представителя иной расы. Он её увидел и понял, что интервенты будут сражаться до конца, а это в свою очередь требовало внести некоторые изменения в предстоящий план генерального сражения. Придя к такому заключению, Бобёр вызвал конвой и после того, как арестанта увели, покинул тюремное отделение и направился в свои апартаменты. Ему требовалось хорошо отдохнуть перед тем, как вылететь вместе с флотом в район Хипори.
Вечером следующего дня, адмирал Верещагин озвучил полученные данные, добытые разведывательным зондом. Вражеский флот насчитывал три с половиной тысяч вымпелов и фактически завершал своё сосредоточение для атаки на человеческие миры. Наличных сил для отражения и даже полного его уничтожения хватало с избытком, оставалось встать на позицию и встретить врага…
Оставшиеся до отбытия флота, Бобёр и адмирал Верещагин крутились как белки в колесе, проверяя и перепроверяя загрузку боеприпасов, продовольствия и медикаментов. Работали как проклятые не только они одни, работали в авральном режиме буквально все и, это позволило уложиться в отведённые сроки. К моменту старта, буквально все валились с ног и, когда флот снялся со стоянки и направился в район Хипори, этого практически никто не заметил, так как все завалились спать.
Спустя двенадцать дней полёта, флот прибыл на место и, выстроившись за минными полями в боевой порядок, укрылся маскировочными полями и застыл в тревожном ожидании.
Бобёр, не будучи флотским офицером на заседаниях штаба предпочитал не вмешиваться и не высказывать свое мнение, а пытался разобраться в хитросплетениях предложенного адмиралом Верещагиным плана разработанного на основе древнего трактата о ведении войны в космосе. Штаб Первого флота заседал практически каждый день и время от времени вносил коррективы исходя из регулярно получаемых данных с разведывательного зонда. В общем уже ни у кого не вызывало сомнения, что флот одержит убедительную победу и от этого у всех настроение было приподнятым, пока в один из дней в штабную каюту не ворвался до невозможности бледный капитан флагманского корабля носивший грозное название «Зверобой».
Капитан первого ранга строевым шагом подошёл к адмиралу и протянул ему распечатку и немедленно покинул каюту. Верещагин внимательно вчитался в текст и спустя минуту, обвёл всех хмурым взглядом и негромко произнёс:
— Товарищи, полчаса назад во время встречи Святейшего Патриарха Московского и всея Руси с главой Сената Фармером Старшим совершено дерзкое нападение. Патриарх убит, а Глава Сената находится при смерти. Надежды на его излечение нет! Террористы, учинившие это нападение, захватив несколько сотен заложников, забаррикадировались в одном из зданий и требуют, чтобы армия отошла во внутренние районы страны, в противном случае, они обещают увивать заложников каждые десять минут. Роль посредника на переговорах взял на себя глава партии Правых либералов господин Нерлин. Вот такие дела…