Старшие офицеры, подскочив со своих мест, зашумели. Бобёр, не подался всеобщему возмущению, он позволил своим людям выпустить пар и только после этого собирался с ними поговорить серьёзно, а пока он напряжённо размышлял. Случившееся было беспрецедентным по своей наглости событием, которое непременно должно повлечь за собой самые серьёзные последствия, на что видимо и рассчитывали организаторы покушения на столь значимые фигуры, а это значит эта акция только лишь первый этап…
Шум и гам офицеров штаба довольно быстро прекратился и все присутствующие на этом заседании умолкли и озабоченно посмотрели на своего командира. Осознав, что дальше молчать больше нельзя, Бобёр поднялся и, оглядев своих людей, заговорил:
— Товарищи, насколько я понимаю, это преддверие заранее спланированной против России мощной компании, а это значит, нам жизненно необходимо мобилизовать все возможные резервы, сосредоточив их главным образом на Бастионе. Перебазируйте туда флотилию с Нового Цюриха, а также все корабли частной военной компании. Помимо этого следует задействовать боевые корабли «артистов» с планеты-полигона. По моим прикидкам наберётся как минимум восемьсот пятьдесят относительно боеспособных вымпелов. Приказываю немедленно заняться этим вопросом.
Последующие дни, Бобёр совместно со штабом Первого флота активно раздавал распоряжения о формировании единого резерва, а между тем ситуация в России стремительно обострялась. На улицах Нового Петербурга и Москвы прокатились акции протеста и уже были отмечены первые столкновения между патриотическими организациями разного толка и сторонниками партии Правых либералов, но куда хуже дело обстояло в Кавказском округе. Там произошли целые серии террористических актов и вообще общая обстановка складывалась весьма взрывоопасная, но это касалось не только России, такие безобразия коснулись многих человеческих государств. В Бразилии на улицах царил сущий хаос. Обитатели фавел учинили погромы в респектабельных районах и власти были вынуждены ввести войска и жандармерию для усмирения криминальных и анархических элементов. В арабском мире ситуация была и того хуже. Где-то неожиданно вспыхнуло восстание, а где-то вовсю шла застарелая гражданская война. Одним словом человеческие миры лихорадило со страшной силой. Пожалуй, единственными очагами спокойствия были США и Великобритания, но судя по некоторым косвенным данным, пребывать этим странам в нынешнем виде осталось совсем недолго…
За неделю штаб, во главе с адмиралом Верещагиным проведя ревизию наличных сил, разослал требование немедленно всем кораблям выдвигаться на Бастион, назначив командующим резерва контр-адмирала Ивашутина. Получив бразды правления, Илья Николаевич развил самую бурную деятельность и в результате его организаторского таланта отточенного за многие годы службы в российском военном флоте, корабли полетели на Бастион. Конечно, все эти силы были разношёрстными и не имели совместной слётанности, но адмирал клятвенно заверил, что он приложит все свои силы на сколачивание собранного с миру по нитке боевого флота.
После очередного заседания штаба, Бобёр вместе с командующим вышли на смотровую площадку, желая немного проветриться после напряжённой работы, но не успели они переброситься между собой и парой фраз, как их уединение нарушил, ворвавшийся начальник штаба и, остановившись в паре шагов от своих командиров, заговорил:
— Только что пришло новое сообщение. На Новой Москве и в столице начались уличные сражения с применением тяжёлой техники. Восстание поднял господни Нерлин с единомышленниками, причём их поддерживают некоторые войсковые части и некоторые высокие чины из полиции. Одновременно с ним, в Кавказском округе сепаратисты нанесли массированные ракетные удары по базам воинских частей, помимо этого атаке подверглись органы государственной власти и полиции. Во многих городах этого региона завязались настоящие сражения между преданными присяге полицейскими подразделениями и бандподпольем.
— Это всё? — Хладнокровно поинтересовался адмирал Верещагин, пристально глядя на своего подчинённого.