— Да потому дорогая, что система Заслон двадцать лет назад являлась узловой для шести направлений. Как бы ни воевали разные государства, торговля никогда не умирала.
Ингар встал и помог девушке устроиться за своим столом.
— Ингар, я из-за тебя разлила половину вкусняшки, — надула губки Мара.
— А ты хлебушком вымакай, — посоветовал Ингар, — разнос же чистый.
— Ну, ты скажешь, — улыбнулась Мара, отломила кусок хлеба и макнула в жидкость на поверхности разноса, — а, ничего, нормально.
— Можно попробовать, — поинтересовался Ингар.
— Да пожалуйста, все равно выкидывать, — пожала плечами Мара и тут же пожалела об этом, — ты куда? Все вкусное вымокаешь!
Ингар как настоящий дварф, отломил кусок, размером не уступавшем его кулаку и как губкой начал собирать с разноса жижку, что вылилась из тарелки Мары.
— Эй, эй хлопец, не обижай девочку, — вошедшая в последний момент Крола, еще влажная после душа, неправильно оценила действия дварфа, хотя, кто их, молодых знает.
Многие слова и целые выражения экипаж перенял у Ксюши, но ругаться как Аня еще никто не мог.
— Да, я совсем мимо проходил, она все равно собиралась выкинуть это в утилизатор, — картинно возмутился Ингар.
Остальной экипаж, присутствовавший при этом событии, дружно рассмеялся.
Крейсер «Лешша» нашел себе приют в приличных размеров трещине крупного астероида, который дрейфовал на границе системы совместно с несколькими сотнями похожих на него объектов. Конечно можно было разместиться и поближе к станции Верш-3, но зачем?
Несмотря на такое расположение у команды случалось совсем мало времени на подобные беседы. Основное время команда тратила на изучение баз знаний и тренировки. Самым нелюбимым было обучение игре на музыкальных инструментах.
Улетая на свое задание, Аня сбросила в общекорабельную сеть мерзкую, пищащую музыку и сказала, что по возвращении хочет ее услышать в живом исполнении. Благо в памяти Лехи нашлись ролики со странно выглядевшими мужиками в юбках, извлекающими звуки из совершенно непонятных инструментов, больше похожих на морских животных. Такого музыкального инструмента в содружестве не было.
Попытка развести капитана на слабо, чтобы понять принцип работы инструмента, предпринятая Ингаром, не увенчалась успехом.
Скорее, наоборот, по сети был показан очередной танец, где за инструмент выступали ноги. Было интересно, но не понятно. На вопрос как? Капитан ответила, думайте, чай не маленькие.
Ингар, что раньше, до начала занятий в инженерной школе, почти пятьдесят лет был капитаном торгового корабля, заметил, на крейсере все перемешались, дварфы и люди, белые, желтые и коричневые. Еще вчера они все были сам за себя, а теперь уже было скучно без человечки Мары, да и они все не могли обойтись без него.
Ингар, в своей каюте, любил пообщаться с главным искином крейсера Лехой.
— Леха, можешь ответить, кто капитан и Ксюша?
— Ингар, ты задал не корректный вопрос, сам попробуй на него ответить, — ответил Леха, уже не раз, показывавший свои неплохие аналитические способности.
— Как это? — несколько удивился Ингар.
— Объясняю, — Ингару показалось, что искин вздохнул, — самое близкое к тебе понятие, мужчина или женщина. Отвечаю, они женщины. Я ответил на твой вопрос?
— Формально, да, но реально нет.
— Вот, — протянул Леха, — прежде всего ты должен задать правильный вопрос, чтобы получить ожидаемый ответ. Иначе возникает игра. Но, знаешь, я согласен и поиграть.
— Понял, понял, — Ингар показал свои ладони, — насколько близко они похожи на древних?
— Ну, нет, я так не играю, — возмутился Леха, — ты знаешь, сколько было различных древних?
— Нет, — мотнул головой Ингар, — а ты много знаешь?
— Да уж, сотни полторы будет, — выдал Леха.
— А, понял, насколько они близки к Ариям? Вот.
— Браво, но появился новый вопрос. Какой период брать за отсчет?
— Бррр… — мотнул головой Ингар, — разве арийцы разного времени различались?
— Ну, а как ты думал? Конечно различались!
— У… как с тобой тяжело, — выдохнул Ингар.
— В зеркало посмотри, — заявил Леха.
— Причем тут зеркало? — удивился Ингар.
— Кого ты видишь в зеркале?
— Чаще всего себя, — ответил Ингар.
— Ну… — протянул Леха.
— Хочешь сказать, что сам дурак?
— Заметь, я этого не говорил, ты сам пришел к такому выводу.
— А если серьезно? — Ингар слегка обиделся.
— Ну, если ты так хочешь, то они ближе к арийцам, чем вы все, — Леха тоже сумел показать свою обиду на разумного.
— А аграфы? — поинтересовался Ингар.
— Аграфы, потомки врага, но они ближе к ариям чем ты?
— Леха, не обижайся, но я понял. Был общий корень, от которого отделились мои предки, а уже потом возникла вражда между ариями и предками аграфов. Арии проиграли, поскольку люди подчиняются аграфам?
— Блин, — Ингару показалось, что искин тяжело вздохнул, — ты посмотри, сколько ушастых и сколько людей. Если люди обидятся на аграфов, то смогут закидать их шапками, конечно, если договорятся.
— Ты хочешь сказать, что мы все родственны друг другу?
— Это доказали ваши женщины, — сарказм Лехи мог разъедать металл.
— А снуксы?
— Ты думаешь, что только обезьяна способна при опасности залезть на пальму?