Встав с кровати, Айа потянулась до такой степени, что захрустели косточки. По её расчётам с минуты на минуту должна была появиться Нана вместе с орущим Варгом. Так и вышло. Её сын был невероятно пунктуален в вопросах кормления и хождения под себя. Нана тихо появилась из смежной комнаты, неся этот верещащий свёрток на руках. Девушка, смеясь, сделала гримаску, намекая на то, что у неё вот — вот заложит уши. Приняв у неё мальчика, Айа одними губами произнесла:
— Спасибо.
Нана приложила руку к сердцу, как бы говоря «Всегда, пожалуйста» и исчезла за дверью детской комнаты. Айа присела на кровать и пристроила сына к груди.
— Твоя сестра никогда не была такой капризулей… — обратилась она к нему, хотя это было не совсем так.
Варг лишь жадно сосал грудь и лупал глазами, потеряв интерес ко всему остальному. Айе так хотелось, чтобы Риган увидел…
«Прекрати» — велела она себе.
— Мой маленький воин… — прошептала девушка, поглаживая пальцем крохотную рыжую головку. — Хочу, чтобы ты был счастливым…
Пока Варг завтракал, взгляд девушки затуманился и мысли наполнил нежный хриплый шёпотом — «Потому что я люблю тебя…», «Нокке…», «Любимая…», «Ты моя…»…Слёзы подступили к глазам, и Айа прикусила губу изнутри, чтобы отрезвить себя.
«Пожалуйста, Риган, оставь мою голову» — попросила она супруга.
Всё это в прошлом, в прошлом, в прошлом…О, он не должен был говорить ей все эти вещи…Она обречена до конца жизни страдать по нему. Нет ни одного шанса для неё забыть Короля Ора, только смириться.
Дверь отворилась, и в комнату вошёл Рун, медленно волоча тощие ноги. Айа сморгнула слёзы и взглянула на брата. Ей — богу, он был похож на жеребёнка. Такие же несуразно длинные и худые конечности. Айа в любую минуту ждала того, что он запутается в них и пропашет носом землю.
Пройдя мимо, мальчик поплёлся в детскую, желая разбудить Гулу. Это был их неофициальный ритуал вот уже пару месяцев. На самом деле, его первопричиной было то, что после рождения Варга Айа впала в настоящую чёрную меланхолию. Она терзалась мыслями о Ригане, но при этом должна была заботиться о новорождённом сыне. Девушка даже есть не могла, Ван и Нана буквально запихивали в неё еду. Нужно заметить, методы у них были довольно грубые. К счастью, этот период был не долгим и через пару недель она, наконец — то, устыдилась самой себе. Но, воистину, это были тяжелые дни. Она только и делала, что плакала, желая, чтобы её супруг немедленно возник на пороге и сказал, что всё это лишь дурной сон. Разумеется, этого не произошло…
— Вот, попробуй это… — бормотал Рун, таща Гулу на руках. — Это пе-че-нье!..
Устроившись вместе с ней на кровати, он извлёк из кармана спальных штанов дребезжащую погремушку. Как только трёкот деревянных пластин разлетелся по комнате, глаза Варга повернулись на звук, словно два голубых радара. На Гулу эта штучка произвела не меньшее впечатление. Выронив размокшее печень, она ухватилась за погремушку и немедленно потянула в рот.
— Гула! Прекрати. — пищал Рун. — Это не для этого…
Как только он попытался отобрать деревяшку, девочка разразилась криком. Чтобы избежать проблем, Рун вернул рыжеволосой злюке игрушку и плюхнулся на спину, раздавив овсяной кругляшок.
Айа вздохнула. Снова придётся менять постельное бельё. Спустя минуту, к ним присоединилась Нана, неся стеклянную бутылочку с пузырчатой плёнкой на горлышке. В ней они разводили для Гулы специальную смесь, поскольку не так давно Нана тоже осталась без молока, а выкормить двоих детей в одиночку Айа не смогла бы ни при каких обстоятельствах. Устроившись на кровати рядом с Руном, она взяла девочку к себе и заменила погремушку бутылочкой. Оставшись без дела, Рун начал говорить:
— Нан, ты пришила к моим штанам отличный карман! — обратился он к девушке. — Теперь я могу носить с собой пробку от вина, большую серебряную монету, которую, кстати, дал мне Ки. Еще короткую красную верёвку и маленький медный колпачок, которым пользуются швеи…
Нана продемонстрировала довольную улыбку и описала пальцем круг в воздухе, что Айа интерпретировала как «Обращайся». Сейчас Нана уже ничем не напоминала то затравленное существо, которое Айа увидела в королевском шатре почти год назад…Не желая вспоминать тот день и всё, что связано с Риганом, Айа насупилась и переместила маленького голодного варвара к другой груди, снова взгляну на Нану. Прибавив в весе, а также приобретя уверенность в завтрашнем дне, девушка превратилась в настоящую юную проказницу. Она не переставала веселить весь дом, устраивая милые шалости, вроде того, чтобы подсыпать в компот шипучки, или приклеить на окно огромного бумажного чудика. Кухарка Уна души в девушке не чаяла и задалась целью выкормить её до аппетитных пропорций. Ей с горем пополам это удавалось, поэтому сейчас девушка вошла в лучшую свою пору. Черноволосая и черноглазая, с бледной кожей, румяными щёчками и живой подвижной мимикой. Настоящий бесёнок. Кроме того, фигура её блистала округлыми женственными формами, коих самой Айе всегда недоставало. Хотя Ригану нравилось её тело, это точно…