Урод. Забрал. Мою. Ведьму.
И вторгся в семью Дина.
— Где ведьма, которр-рую пр-ривезли с-сегодня ночью? — фамильяр полоснул по морде охранника острыми коготками.
Стоило сказать, пробрались мы внутрь довольно легко. Не каждый готов к тому, что в тяжелые двери мог влететь огромный разъяренный катт с автоматом наперевес, вдобавок к которому летела хищная норка, выгрызающая куски мяса с жутким шипением. Первые баррикады сдались быстро. Дальше дело пошло сложнее. На шум сбежалась вся оставшаяся часть охранного состава лечебницы вместе с четверкой красных плащей.
Простая проверка должна была заинтересовать настоящих служителей закона хотя бы тем, что в заведении, где должны лечить зависимости и душевные травмы, на вооружении у санитаров числились винтовки с электрическими патронами.
— Н-не знаю, — застонал допрашиваемый Дином человек.
Он лежал на полу с вывернутой из сустава ногой и с ужасом взирал на примостившегося на его груди фамильяра.
— Все ты знаешь, з-зар-раза! — зарычала норка. Шерсть у Дина на загривке поднялась дыбом, бусинки глаз сузились. — А если не знаеш-шь, то нет с-смысла оставлять тебя в живых.
Все еще держа в лапах автомат, я поставил ногу на пострадавший сустав охранника и с силой надавил почти всем своим немалым весом. Катты в звериной форме куда тяжелее простого человека. Охранник взвыл. Я чувствовал, как он вспотел, слышал гнилую вонь изо рта и видел панику, что постепенно охватывала его разум. Лицо мужчины побагровело от напряжения и боли.
— Не надо! — забился охранник, бессильно стуча кулаком по полу. — Пожалуйста! У меня семья.
Но Дин уже все для себя решил и, пылая мстительным духом, вырвал шмат плоти из шеи вопящего охранника. Мужчина быстро захлебнулся, цепляясь пальцами за мою лапу. В последние минуты жизни он старался выдрать мне клок шерсти. Мгновение и он затих. Удивительно, на что готов этот фамильяр ради Джойс. Дин впал в состояние близкое к берсерку. Впрочем, я прекрасно его понимал и поддерживал.
— А вы забр-рали нашу семью, — пророкотал маленький хищник и встретился с моим осуждающим взглядом. Все же мы могли выведать у него нужную информацию. — Что? Найдем др-ругого. Этот явно не пос-следний.
Норка оказалась права. Тот самый «другой» встретился нам почти сразу, как двинулись дальше по коридору, пока пытались принюхаться и выследить любой след Джойс или Боллсви. К сожалению, здесь использовали какое-то особое дезинфицирующее средство и все, что мы могли унюхать, это медикаменты, стерильность и страх, помешанный со смертью, расползающийся дальше по бетонной кишке коридора.
— В конце коридора налево, четыре пролета вниз, правая дверь и палата с номером двести двенадцать, — на одном дыхании выпалил совсем еще юный, с жидким пушком под носом парнишка, который точно слышал, что случилось с его коллегой, не ответившим сразу.
В качестве благодарности мой напарник лишь предупредительно зашипел на него, а я позволил напуганному пацану пробежать мимо нас без каких-либо последствий. Пускай улепетывает — все равно скоро здесь будут кэпмены и военная полиция, к которым, я уверен, добавится несколько десятков журналистов. Последние, словно голодные бродячие псы, готовы ухватиться за любую новость, претендующую на сенсацию.
Дин ловко забрался на мое плечо, впиваясь острыми коготками в шкуру. Так передвигаться было куда эффективнее и быстрей. Всего за считанные секунды мы уже были на задней лестнице, где обычное гнетущее больничное убранство сменилось на тюремные казематы, похожие на лабораторию безумного ученого.
— Смотри! — фамильяр указал лапкой на что-то прямо над моей головой.
— Это то, о чем я думаю?
Три неровных белых костяных круга с незнакомыми символами были будто впаяны в лестничные перекрытия. От них разило как от перегретых проводов в богатой части Аркена.
— Гр-ребаные ар-ртефакты и защ-щитные обереги, — Дин хмурился и скалил зубы. — Даю лапу на отсечение, что Джойс-с не может использовать магию.
— Откуда знаешь? — я прислушивался к топоту множества ног где-то под нами.
— Пр-росто знаю, — повел носом маленький напарник. — Много их.
Он был прав. Слишком много для охраны обычной лечебницы. Слишком много для тех, кто был уверен в гибели одного незадачливого частного детектива по дороге в «Балтингейл». Значит, у кое-кого возникли сомнения.
Не скрою, это стало приятным комплиментом.
— Найди ее, а я отвлеку внимание на себя, — просто сказал я Дину, который смотрелся безумно нелепо без своей маленькой шляпки.
Надо же, оказывается я успел привыкнуть к ней.
Фердинанд не стал уговаривать подождать подкрепления или говорить, что безумно с моей стороны оставаться один на один с ребятами, укрепляющими позиции там, внизу. Потому что мы оба понимали — времени нет. Все ведьмы погибали вскоре после того, как оказывались в этом месте. Их фамильяры еще раньше. И если что-то случится с Джойс каждый из нас сожрет себя заживо, а это куда страшнее встречи с десятком вооруженных людей Лекса или красными плащами.
Джойс на нас рассчитывала. Нельзя отнимать у нее последнее, что может держать человека в здравом уме — надежду. Сердцем я не просто чувствовал, знал, что она верит в нас и ждет.
Кошмары должны закончиться.
Не волшебство ли, а?
Поэтому я решил показать в первую очередь Джойс, что не все потеряно. Мы рядом.
«Я тут».
— Давай, — тихо выдохнул так, чтобы слышал только Дин.
Норка, словно ждавшая команды, быстро спрыгнула с моего плеча и спряталась за левой лапой. Когда надо, этот засранец слишком сообразительный.
Схватив поудобнее автомат, я демонстративно выпустил очередь в стену напротив. Несмотря на то, что заранее прижал уши к голове, меня все равно оглушило на долю секунды, в одном ухе даже зазвенело. Оставалось надеяться, что Джойс меня услышала.
Кажется, фамильяр прошипел что-то вроде «гребаный романтик», глядя на рваное сердечко, оставшееся из следов от пуль.
Люди и, судя по запаху, нелюди, находившиеся площадкой ниже, затихли. Лестница — жутко неудобное место для боя: узкое пространство, мало ходов для отступления, и ты всегда встречаешься лицом к лицу с врагом. А если враг превосходит тебя в численности и вооружении — тот идиот, кто решится добровольно встретить бой в таком месте. Ладно хоть напасть всей гурьбой у них тоже не выйдет.
Я не нашел ничего умнее, как кинуть со всей силы увесистый барабанный автомат, который, с тем жалким количеством пуль, все равно не спас бы меня от смерти… Конечно, если она мне тут уготована. Я готов был побиться не только за Джойс, но и за собственную рыжую шкуру. Мне предстояло, как минимум, посадить ублюдка Боллсви за решетку. А если случится так, что удастся еще и поцеловать прекрасную ведьму, то какие уж там вооруженные враги на лестничной площадке.
Люди под нами завозились, раздались выстрелы и на этот раз я не стал медлить. Мы вместе бросились вперед, когда послышались удивленные возгласы. Пальба прекратилась. К счастью, все те, кто ожидал нас внизу, оказались не из тех рас, которые обладали быстротой реакции. Орки да люди. Будь здесь хоть один вампир, и моя идея стала бы попросту билетом в один конец. На огромной скорости я врезался в их неровный стан, краем глаза отмечая, как юрко Дин проскочил у оппонентов между ног. Так быстро и тихо, что никто не заметил.
Их было восемь. Один — чистокровный орк ростом с мою каттскую ипостась, он лихо врезал мне по ребрам и на секунду я задохнулся от такой силы удара. Автоматы для них стали бесполезны. Палить в подобном хаосе — а я специально крутился в гуще народа — приравнялось бы к убийству своих же. Потому они использовали тяжелые орудия, чтобы лишний раз садануть меня по голове, челюсти, коленям или чтобы ткнуть им поддых.
— Сдохни, мохнатый! — громогласно заорал самый низеньких из их компании.