-Говори! Ты впустила в дом детей вторых домов этим летом? Сильнейших в своих стихиях? Ты помогла Элементам скрываться от правосудия?!
-Мой дом открыт для путешественников,- просипела журавль, хрипя от боли в шее, ибо ее голову держали в жестком захвате.
-Не юли! Император ищет всех, кто помогал Элементам скрываться от него. Ты помогла!
-Не смешите Луну, как же я могла их укрыть, если мои постояльцы спокойно гуляли по селению и не походили на преступников?
-За ними уже приходили! Такие же, как мы, но Элементы с ними расправились! Ты видела такое?!
-Не видела,- шептала журавль, сверля пол напряженным взглядом.
Тело вибрировало от напряжения, и желания подняться. Чтобы склонить гордую птицу это какую дюжую силу надо иметь?
-Лгунья, там как ты мы отрезаем языки и ставим клеймо на лоб! Но император милостив. Ты умрешь целой и почти невредимой...
Дружный смех разразился между мужчинами. Противные, сальные взгляды обшарили по фигуре журавля.
Из улицы послышалась мелодия. Сюли задрожала, зная кто идет к дому. Зиан! Он спасет ее! Обязательно спасет! Музыка была тревожной, но в то же время монументальной. Полна граней, будто не только кото играет, а и десятки инструментов поддерживали ее. Первое что Сюли смогла ощутить, это просачивающиеся через половицы кофейного цвета нити энергий. Они змеями оплетали пространство, заполняя собой все вокруг. Кружили в танце звука, искрились в игре света, нарастали и поглощали. Руки на шее и плечах Сюли ослабли, и девушка с удивлением поняла, что все вокруг стоят неподвижно, загипнотизированные то ли звуком, то ли силой Зиана. Сам же Гриф стоял на пороге кухни. В одной руке он держал кото, а вторая неустанно перебирала струны. Рассмотрев лицо Зиана, Сюли впервые испугалась: черное от гнева и злости, с опаленными глазами цвета крови. От него веяло величием и опасностью. Гневом и жестокостью.
-Убей себя, - процедил Гриф, неотрывно глядя на двуликого стоящего позади Сюли.
К великому удивлению девушки, тот незамедлительно выхватил кинжал и перерезал себе горло. Журавль отползла от упавшего тела и, цепляясь за стол, поднялась на трясущиеся ноги.
-Кто еще тебя обидел?- глухо спросил Зиан, неотрывно следя за толпой оппонентов.
-Никто,- сглотнула девушка.- Зиан уходим, они хотят казнить...
-Тебя они больше не тронут,- пообещал Гриф. - Они пришли за виновным, они его получат.
-Что ты задумал?! Мы сбежим, пока действует эффект от твоей игры!
-Сюли, а как же Серж? А Мар? А остальные жители деревни? Ты хочешь их принести в жертву? Вечные бега нас тоже не спасут, нет у меня тех сил, чтобы постоянно бежать и скитаться. И скоро зима.
-Зиан,- хрипло позвала мужа журавль.
-Поцелуй меня и спрячся,- приказала Гриф, склонив голову так, чтобы девушке было удобно дотянуться к нему.
-Я пойду с тобой,- в самые губы твердила Сюли.
-Ты останешься дома. Хотя бы раз, послушай меня.
Вместо ответа, журавль нырнула подругу Грифа и со всей своей крохотной силы обняла оборотня. Он подбородком почесал макушку своей ненаглядной и носом провел вдоль линии ее лица. Они целовались долго, ведь знали, что как только их губы разомкнуться, жестокая реальность обрушиться на их головы.
-Серж, забери её.
Друг их семьи выдернул журавль с объятий Грифа и, удерживая ее за руку, ринулся из дома.
-Это мой дом, и я впустил десятерых подростков под свою крышу. Я делил с ними еду и позволял оставаться в стенах своего обителя,- мантрой повторял Зиан, внушая новую информацию императорским стражам.
Звук мелодии закончился, оставляя без защиты своего хозяина.
-Почему...почему?!- кричала в плечо Сержа Сюли, колотя того по спине.- Мы могли уйти! Мы могли уйти!
-Кровавый кашель вернулся, Сюли.
Экстра Кайджо и Мария
Через два месяца после жертвы Элементом
Территория дома “Магмовый Обитель”
Молодой двуликий, скинул у порога, небольшого домика, тушку убитого оленя и вытер тыльной стороной кисти пот, выступивший на висках. Было раннее утро, воздух наполнялся запахом раскрывающихся бутонов, а шум леса приятно успокаивал напряженный разум парня.
Резко сделав выдох, Кайджо принюхался, проверяя территорию дома на наличие посторонних. Однако, сегодня все чисто, правда, флер Марии вел не в дом, а куда-то за угол.
Хмурясь от разных предположений, двуликий заглянул за дом и тихо застонал. Мария стояла над кучей поленьев и неловко замахивалась топором. После потери своего зверя девушка стала поразительно слабой, что раздражало Кайджо. Не привык он видеть столь ограниченное создание. Всю жизнь его окружали сильные воины, неважно женщины или мужчины, а сейчас Луноликая повесила на него двуликую без зверя. Первую в своем роде.