***
За два часа до встречи Анны и Жерара
— Ты привез меня в кино? — ошарашенно шепнул отец, пока нас снимали фотографы для прессы.
— Да.
— Я название фильма могу узнать? Или так и продолжишь сохранять конспирацию? — покосился на меня Жерар.
— Когда займем места, все узнаешь. Прояви терпение.
— Чудик, — буркнул он, напряженно идя за мной к нашим местам.
Он не пытался подойти к толпе репортеров и остальных приглашенных на премьеру. И правильно делал. Я бы его на месте скрутил и отправил на остров.
В амфитеатре, пока я произносил речь, отец напрягался с каждым произнесенным мной словом. Тусклые рубины заблестели недовольством, тем не менее он никак не прокомментировал мое решение отснять фильм о жизни клана Волуар в период правления Наполеона.
Смотря премьеру, я то и дело бросал взгляды на отца. Зная его слишком хорошо, ощущал бурю, поднимавшуюся в его душе. Ртуть неспешно текла по его венам, а глаза горели, жадно всматриваясь в актрису, сыгравшую Беллу Волуар. Он знал, что мама находится подле меня. Я сам позволил ему услышать наш диалог. Но он понятия не имел, как она выглядит. И, видимо, считал, что девушка сыграла саму себя в фильме.
На телефон пришла смс от Тео:
«Все готово. Госпожа Анна готова, снайперы готовы, госпожа Хон готова».
Сглотнув, сильнее сжал подлокотник, видя финальные кадры фильма. Сейчас все решится.
Ведущая, кажется, Ангела, объявила певицу, создавшую саундтрек к фильму, и зал зааплодировал, ожидая выхода мамы. Первой на верхнюю платформу сцены вышла Ая в сводящем меня с ума платье. Она специально это делает? Как только все разрешится с родителями, разложу азиатку в своей спальне! Повернувшись, она показала обнаженную спину. Воздух вокруг меня завибрировал. Сотни… тысячи мужчин сейчас неотрывно пялятся на изгиб ее позвоночника и едва различимые ямочки на пояснице. Через силу оторвал взгляд от Аи, опустил глаза на нижнюю сцену.
Мама прекрасна. Несмотря на неестественную бледность волнения, она держала Плетение в узде своей энергии. Глянув на отца, приготовился к катастрофе. Рубины Зверя зажглись прожекторами, шея покрылась мехом, а когти разрывали обивку сидения. Тяжело дыша, он ловил каждую ноту Анны. Жадно следил за ее движениями на сцене. И как только их взгляды пересеклись, Зверя накрыла волна бесконтрольного безумия. Крича не своим голосом, он ртутью снес сидевших вокруг зрителей. Я также оказался в эпицентре его взрыва. Пока вставал из-за завала, отец что есть мочи, бежал по ступенькам вниз, в раскрытые объятия пары. Снайперы сработали хорошо. Чем ближе он был, тем медленнее делал шаг, что давало надежду на его скорую отключку. На последних нотах он буквально набросился на Анну и вонзил зубы в ее нетронутое шрамом надплечье.
Проскочив суматоху взволнованной толпы, приказал окружить лежавших на сцене маму и отца. Охрана по периметру встала, впустив меня внутрь круга. Аккуратно опустившись на колени, я успокоился, слыша уверенный пульс мамы. Она в обмороке, а отец делал неспешные глотки ее крови. Не разжимая пасть, Зверь обернулся мужчиной.
— Выпусти ее, — приказал, пересекаясь с застывшим взглядом Зверя.
1.1 глава
Анна
Сознание нехотя возвращалось. Голова гудела от сотни звуков, глубже вдохнуть не могла из-за тяжести, под которой я лежала. Очень болело надплечье, и в груди поселилось некое свербящее ощущение. Зайка же чувствовала себя отлично. Нетерпеливо текла по моим венам, заставляя цветочные узоры гореть ярче.
— Выпусти ее, — раздался голос Кристиана откуда-то сверху.
Кому он это говорит? Чуть повернув голову, ощутила тяжелое дыхание мужчины на щеке и его зубы, которые одаривали меня болью.
Я под Жераром! О, он не доволен. Я бы сказала — он в бешенстве. Стоит быстрее его успокоить. Возможно, Жерар считает, что меня вновь заберут у него и поэтому с таким отчаянием держит.
Подняв свободную руку, ласково провела по скуле мужа и тихо позвала:
— Жерар…
Он утробно зарычал, не разжимая челюсти. Вибрация от его рычания прошла от кончиков пальцев ног до покалывания на губах. Увереннее почесала его за ухом, зная, как действует эта ласка на всех двуликих.