– Пора…
Заиграла спокойная мелодия. Почти все на танцполе разбрелись по сторонам – уступив место парочкам. Настя наклонилась и вытянула правую руку Лизе. Та усмехнулась, но приняла жест, и они в шутку начали кружиться, словно заведённая юла. Захару казалось, что он идет к рыжей девчонке целую вечность. Вот-вот закончится песня и он не успеет задать вопрос. Он осмотрел обувь, убедиться, что шнурки на этот раз крепко завязаны. Его ладошки вспотели, а пульс поднялся то такого значения, что он мог запросто его сосчитать. Когда расстояние между ними сузилось до двух метров, их взгляды встретились. Захар готов был покляться, что она и без слов все поняла. Лиза изумленно наклонила голову ожидания вопроса. Того самого вопроса, за которым мальчик сюда пришел. Того самого вопроса, который он боялся после третьего класса. Того самого, который и сейчас ему не суждено задать.
– Камон эврибади!
Дверь в актовый зал распахнулась с такой силой, что удар об стенку разлетелся эхом по всему помещению. Тарас и двое прихвостней все-таки пришли на дискотеку.
Почему именно сейчас? Почему не через пять минут. За что?
Захар не ведал, по какой причине Тарас все же оказался в школе. Но причина была и даже несколько. Первая – старая и плохо слышащая продавщица в ларьке, которая вместо обычного пива продала крепкое. Увеличенное количество спирта в напитке развезло Тараса до степени “мне на всех наплевать”. Вторая – Ван Даму приспичило в туалет по большому. И вся эта пьяная братия ничего не сумела придумать, как явиться в таком виде в учебное учреждение. И все же по третьей причине они здесь. Два преподавателя, которые следили за учениками, решили уйти пораньше на тридцать минут, и все сгрузили на плечи старенькой вахтерши, которая в данный момент тихо спала у себя в кабинете.
– Ты что-то хотел? – не дожидаясь спросила Лиза.
Захар взглотнул.
– Не, я на выход иду…
– Он с другой стороны.
– Точно! Вот дубина!
Захар хлопнул ладонью себе по лбу, развернулся и зашагал в сторону толпы – подальше от шайки. На полпути к цели его остановила чья-то рука, схватившая за плечо.
– Пррр, тормози сахарок!
Захар готов был провалиться сквозь пол, исчезнуть, стать невидимкой, превратиться в муху, неважно, лишь бы не встречать с Тарасом.
– Да не бойся! Я сегодня добрый, как видишь. Пойдем, выйдем друг!
Бежать? Куда? Прихвостни стоят у единственного выхода.
– Ну давай! Не тормози!
Тарас, цокая языком в ритм последней мелодии, толчками подвел Захара к своим друзьям.
– Ссышь? Не ссы, – заикаясь произнес Никита и облокотился всем телом на Захара.
Вчетвером они поднялись на третий этаж. Усадили Захара на скамью, а сами устроились напротив. Тарас достал из-за пазухи небольшую стеклянную бутылку с какой-то жидкостью.
– Пей!
– Яяя не буду…
– Я сказал пей!
– Да-да, плохо слышишь что ли! – подключился Саша.
– Да не ссы, настойка домашняя! – еле волоча языком разъяснил Никита.
– Не выпьешь, буду гнобить до конца года каждый день, – пригрозил Тарас.
– Выбора нет, – печально резюмировал внутренний голос. – Пей, может тогда они отстанут.
Захар от злости схватил бутылку и тремя большими глотками опорожнил половину содержимого. К своим пятнадцати годам он никогда не пробовал крепкие напитки, лишь пару раз ограничивался стаканом легкого пива. Захар прочувствовал весь путь жидкости: от горла до желудка. Не зря ее называют огненной водой. Жгло так, будто внутри бушевал пожар последнего ранга.
– Можно воды? – прокряхтел он.
Тарас и Саша перекинули руки Захара к себе на плечи и повели на первый этаж, словно раненого товарища во время боя. Остановившись у питьевого фонтанчика, Захар с жадностью поглощал воду, но чем больше он вливал в себя воды, тем больше она просилась наружу. Изнутри начал подкрадываться приступ тошноты.
– Нафига мы его напоили? Можно было и так обойтись.
– Неет, – съерничал Тарас. – Веселее. Где там Саня? Ждет команды?
Примерно в десяти шагах от “поильника” располагался вход в мужской туалет. И прямо сейчас дверь распахнулась. Саша вышел из него со злорадной улыбкой на лице и показал своим дружкам большой палец вверх. Тарас в ответ кивнул.
– Не держи в себе, друг! – Выпусти “зверя” наружу!
Тарас вновь подхватил Захара, но теперь в одиночку и повел в сторону туалета.
– Пришли! Давай дальше сам, налево и “друг облегчения” прямо перед тобой!
Захару удалось удержаться на ногах. Его мутило, голос Тараса отзывался эхом, но он понимал, где находится. Понимал также, что ему предстоит сейчас сделать. Выпустить содержимое желудка. Твой организм совершенно не приемлет спиртного. Избавься от отравы. Захар продвинулся вперед на два неуклюжих шага и также неуклюже повернулся влево. В нос ударил едкий запас кислятины. Зловония была настолько противна, что Захар на секунду стал самим собой, словно к нему поднесли нашатырь. Он опустил голову вниз, думая увидеть побывавший в желудке напиток у себя на футболке, но она была чистая, лишь пару капель воды образовали на ней небольшие сырые пятна. Дело было не в нем. Гнусавый запах исходил из самого туалета, из того самого туалета, в который Захар должен выпустить своего “зверя” наружу. Из того самого туалета, из которого пол минуты назад вышел Саша. Саша, которому так приспичило “по большому”. Саша, который по приказу Тараса вставил в свое мерзкое месиво самодельную петарду. А Захар ничего не подозревая и не удержавши прилива тошноты, сделал так, как велел ему организм.