— Заметно даже отсюда! — проскрипел сбоку голос.
Настоящий Аластор Грюм стоял в тени, прислонившись к стеллажу с книгами. Его магический глаз бешено вращался, сканируя ее с ног до головы, а обычный был прищурен с выражением сурового неодобрения.
— Тебе не мешало бы научиться защищать себя, девочка, а не только подставлять щечку под удар. Тонкс жужжит о тебе как муха перед медовым коржиком. Растопчут.
Кэтрин медленно перевела взгляд на него. Не на его безумный глаз, а на его настоящий, пронзительный и острый.
— Я научилась, — сказала она тихо, но четко. — Не отнимать жизнь, мистер Грюм. А видеть, когда ее пытаются отнять. Империус... он пахнет медом и ментолом. И после него три дня болит переносица, будто ты провалился в ледяную воду. Я не смогу его не узнать. Больше никогда.
В комнате повисла тишина. Дамблдор смотрел на нее с новым, глубоким интересом. Даже Грюм на мгновение замолчал, его глаз замер, уставившись на нее.
— Это... необычайно точное наблюдение, — наконец произнес Дамблдор. – Однако так же вы распознали запах оборотного зелья в том месте, где на вас напали.
- Много ты там нанюхаешь – смех Грюма напоминал скрежет шестерней. – Пока в тебя летит Круциатус, только и понять успеешь что дело пахнет дерьмом.
- Аластор, пожалуйста.
— Для медика, — парировала Кэтрин. — Мы учимся читать симптомы. Даже если болезнь — магическая. Мое место не в больничном крыле, сэр. Оно — здесь. Где я могу видеть болезнь до того, как она проявится. И лечить ее превентивно.
Она сделала паузу, глядя прямо на Дамблдора.
— Вы лишили меня одной позиции. Предложите другую. Более полезную.
— Ну что ж, Альбус. - Грюм хрипло рассмеялся. - Кажется, твой цыпленок с мозгами и стальным стержнем внутри, а не просто дополнение к Блэку. Может, и сгодится.
Дамблдор улыбнулся, и в его глазах вспыхнул знакомый искристый огонек.
— Что ж, мисс Кейм. Похоже, нам действительно стоит обсудить вашу новую роль. В Министерстве Магии готовится... активная кампания. Позиция, так сказать, полного отсутствия любых изменений в нашем мире. Очень агрессивная позиция. Боюсь, что вскоре мы все столкнемся с глубочайшим конфликтом цензуры и политики. Ваша сдержанность, наблюдательность и, простите за каламбур, прекрасное обоняние пригодятся, чтобы улавливать эти изменения… изнутри.
Кэтрин замерла на секунду, мысленно примеряя на себя этот план.
— Я должна вернуться на службу в Министерство Магии? — уточнила она. — Но кем? Моя старая должность — не святое место, но уже явно кем-то занята.
— Я верю, что ваши бывшие коллеги из Отдела Предотвращения Магических Катастроф будут рады вашему возвращению, — сказал Дамблдор. — После недавней... «реструктуризации» они испытывают нехватку квалифицированных кадров, готовых работать не покладая рук. Ваш профессионализм и безупречная репутация помогут вам легко влиться в коллектив. Кроме того, — он многозначительно посмотрел на нее, — это предоставит вам законное алиби для частых... отлучек. Для дел Ордена. Что вы думаете на этот счет?
Кэтрин опустила взгляд на свои руки, а затем снова подняла его. В ее глазах читалось не колебание, а стратегический расчет.
— Отдел Предотвращения Катастроф... Это идеально. Доступ ко всем отчетам о происшествиях, к архивам, к слухам, которые не доходят до других отделов. Можно увидеть картину в целом — где учащаются нападения, где появляются Темные метки, что пытаются скрыть. — Она кивнула. – Я хочу быть полезной.
— Браво! — проскрипел Грюм, и в его голосе впервые прозвучало нечто, отдаленно напоминающее одобрение. — Наконец-то кто-то, кто думает головой, а не тем местом, на котором сидит. Только смотри, девочка, не пронюхай лишнего раньше времени. В Министерстве сейчас змеиное гнездо.
— Я буду осторожна, — пообещала Кэтрин. — Как скальпель. — Она посмотрела на Дамблдора — Мой отец посвятил жизнь борьбе с этим злом. Он верил в систему, в Министерство... и это стоило ему жизни. Я не собираюсь повторять его ошибок. Я не буду верить. Я буду знать. И если система сгнила, то я буду тем скальпелем, который вскроет этот нарыв. Для него.